– А я почём знаю? – проворчал Аддарекх. – Религии – удел молодых миров. Мы слишком давно были молодыми, мы об этом ничего не помним.
Ну да, откуда взяться светлой религии у сатанинского семени? Какой бы древней ни была цивилизация, она не забудет об изначальном свете, ханты – живой пример.
– Пусть так. – Дьёрдь решил не обострять. – Скажи, вампир: я прав?
– Не совсем, – глухо ответил он. – Эксперимент удался. – Он взглянул на вытянувшееся лицо епископа и невесело хмыкнул: – Если бы ничего не вышло, то и запрещать было бы нечего, как по-твоему?
Когда посол Созвездия вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, король Имит сжал виски ладонями и просидел так некоторое время. А потом распорядился вызвать адмирала Ена Пирана. Этот мерзавец опять задерживался, и на сердце большущими когтями скребли хоффы.
Наконец колыхнулась занавесь на окне, открывая витраж – солнце уже катилось на закат, – и сквозняк, потянувший по ногам, подсказал Имиту: кто-то вошёл.
– Ваше величество. – Ен Пиран поклонился, но не слишком низко. Мундир был ему тесноват: адмирал снова начал толстеть.
– Диету соблюдать надо, – раздражённо буркнул Имит.
Если ему придется отдать за этого ублюдка одну из дочерей, пусть он будет хотя бы не жирным! Король жалел дочек и в то же время от души надеялся, что свадьба состоится: он обещал адмиралу девчонку, когда тот приведёт Гъде к победе.
– Вы позвали меня, чтобы поговорить о режиме питания? – невозмутимо осведомился Ен Пиран.
Проблема в том, что, жирный или худой, Ен Пиран – вовсе не тот жених, о котором мечтают юные девы.
– У вас кровь на рукаве, – заметил Имит.
Ен Пиран осмотрел свои рукава.
– А-а, ерунда, это не моя. Какой-то погрязший во грехе урод попытался со мной подраться, представляете?
Король Имит представлял. Наверняка несчастный пытался защитить жену, дочку или там племянницу. Интересно, адмирал убил его или только ранил? Хотя нет, неинтересно. Некоторых вещей лучше вообще не знать.
– Так что же вы хотели мне сказать, ваше величество? – Ен Пиран небрежно промокнул кровавое пятно салфеткой.
– Совет координаторов осудил Гъде. – Король невольно стиснул зубы. – Фактически нас отдают на расправу Земле и её приспешникам, и ни один мир за нас не вступится. Хвала высшим силам, что никто не предложил выступить против нас всей Галактикой. У нас есть шанс отбиться. Есть? – Он посмотрел на Ена Пирана требовательно и с надеждой.
Адмирал хмыкнул.
– Ну разумеется, есть. Почему нет? Мы будем драться.
– Вы сможете отстоять планету? – тихо спросил он. Или проще не мучиться, а сдать Гъде землянам, перерезать дочкам горла и броситься со скалы.
– Отстоять в лоб? – Ен Пиран поморщился. – Боюсь, что нет. Но мы сумеем сделать так, что Земле станет не до Гъде.
Он даже представлял, как, но не хотел говорить об этом королю Имиту. Что-то подсказывало ему: одобрения он не получит. Но король и не желал знать подробности. Будто понимал, что ничего хорошего не услышит.
– Сделайте это, адмирал. – Неважно, что; важен результат. Гъде нужна победа. Пусть даже не в полном смысле слова, без контрибуции и договоров, лишь бы земляне забыли о Гъде хотя бы на несколько лет.
Оно конечно, когда корабль стоит в доках, приятнее жить в гостинице. Приятнее, но отнюдь не выгоднее. Ведь за гостиницу надо платить. А с деньгами у Иоанна Фердинанда было не то чтобы напряжённо… напряжённо – слишком мягкое слово. Вроде и за рейд получил немало, как старпому причитается, но слишком уж много народу сидит на его шее. И винить некого: сам в эту кабалу влез, никто не заставлял. Не смог пройти мимо. Вот и торчал он на корабле, на бессменной вахте, пока нормальные люди расслаблялись в гостинице или у себя дома.
Деньги таяли со скоростью, поразившей его. С другой стороны, не так уж это удивительно. Одной одежды на трёх женщин и трёх детей сколько нужно? Хорошо, что ему теперь бесплатно полагалась полная экипировка. Кучу денег съело оформление гражданства всей семье – не только пошлина, но и поездка в Ебург, по билету на каждого, исключая младенца, ехавшего у Марии на руках. Не успели вернуться – родила Вероника. Новые хлопоты, новые расходы. И главный вопрос: где жить? Маленьким детям на боевом корабле не место. Да и что это за жизнь – в замкнутом пространстве, без солнца, без ветерка? Если так, лучше было бы их на Мересань оставить.