– Правильно, – поразмыслив, сказала Алмагуль. – А то ещё загордится!
Т’Бокохан рыдал на груди у Дьёрдя Галаци. Тьма отступила, остался растерянный человек, ужасающийся тому, что наделал. Т’Доррен заливал шок вином. Ему тоже было не по себе, но т’Бокохану хуже: именно он начал первым, и душа горела от невыносимого стыда.
Пока мересанских капитанов приводили в чувство на «Ийоне Тихом» под бдительным присмотром священников, инженеры и аналитики составляли отчёт о повреждениях «Десятого» и «Тринадцатого». По всему, в предстоящей операции им не участвовать. Вот так, сделали работу за врага. Были погибшие, и не только среди стрелков, по которым прошлись крейсеры, постаравшись этим ограничиться. Линкоры-то лупили, не глядя и не экономя энергию.
Т’Лехин получил разрешение вернуться. И, разумеется, начать расхлёбывать все то, что произошло. Он даже не хотел возвращаться, не желая видеть обломки линкоров, не желая слышать ничего о потерях. С глаз долой – из сердца вон. Однако всё оказалось не так плохо. «Десятый» и «Тринадцатый» были истерзаны, но на ходу, и погибли немногие. Земляне действовали аккуратно, пожалев тех, кто забыл о товарищах, о долге и своей цели.
– Спасибо, – выдавил т’Лехин.
Т’Бокохан и т’Доррен глаз на него не поднимали. Ждали приговора и проклятия. Только как язык повернётся проклясть их, когда совсем недавно командующий Гржельчик и райский адмирал чуть не устроили между собой то же самое? Просто тех удалось остановить, а этих – нет. Виноваты не они, они – всего лишь жертвы дьявола. Да, не будь меж ними личной неприязни, тьма не нашла бы трещины, куда вбить клин. Но не казнить же за неприязнь, мало ли кто кого не любит. Кроме того, горстка капитанов – это вся аристократия, все, на кого т’Лехин может опереться. Снять головы сразу двоим? Т’Доррен был с ним с самого начала, без его помощи не удалось бы спасти даже те двести миллионов, которые остались от почти трёх миллиардов. Умный, инициативный, энергичный соратник. Дублёр, за неимением лучшего. Т’Бокохан несамостоятелен, но неутомим и верен, приказы он выполняет всегда неукоснительно, надо лишь правильно их сформулировать. Лишиться этих капитанов – чересчур сильный удар по без того обескровленной Мересань.
– Возвращайтесь на корабли, – сухо буркнул он. – И ремонтируйтесь, как можете. Ещё раз поссоритесь – казню обоих, разбираться не стану. И не мечом, на костёр отправлю, как склонных прислушиваться к дьяволу.
Глаза в пол.
– Да, адмирал.
– У вас сейчас с рембазами проблемы, – вмешался Гржельчик, констатируя печальный факт. – Пусть наскоро приведут в порядок хотя бы половину двигателей и идут к Раю, в доки Генхсха. Я договорюсь, чтобы их приняли. Если будут себя хорошо вести, – добавил он с намёком.
Т’Лехин стиснул зубы.
– У нас нет средств на ремонт в чужих портах!
– Но у вас же нет своих, – пожал плечами Йозеф. – Не волнуйся, починят в долг.
– А вдруг не захотят?
– Алекс, – вздохнул он, – пусть капитаны скажут, кто их направил, вопросов не возникнет. Знаешь, сколько Рай должен Земле? Оба твоих корабля не стоят одного «Хана Соло».
Т’Лехин кивнул; к согласию примешалась горечь. Вряд ли Рай должен Земле больше, чем Мересань. А если и так, кровохлёбам хотя бы есть чем расплачиваться.
– Спасибо. – Как он устал всех благодарить! Хорошо, что Гржельчик не кичится своими возможностями, его великодушие не демонстративно. Этот землянин нравился адмиралу, от него и помощь принять не унизительно.
– И ещё кое-что, – сказал Йозеф. – Корабли надо освятить. И эти два, и те, кого пока не затронуло. Епископы готовы сделать всё необходимое.
Т’Лехин встрепенулся.
– И после этого мы будем избавлены от подобных сюрпризов?
Йозеф покачал головой.
– Это гарантирует нам отсутствие сюрпризов лишь со стороны техники. Но если кто-то из капитанов, или стрелков, или пилотов сойдёт с ума, техника подчинится управлению.
– Но что же делать?
– Снимать штаны и бегать. – Т’Лехин аж вздрогнул: это выражение он прежде слышал от Шварца. – Не всё на свете просто, Алекс. Надо держать себя в руках, следить друг за другом… и даже в этом случае мы не застрахованы от беды. Скоро должен прибыть кардинал Натта. И, пока он не урегулирует ситуацию, я с места не двинусь. Не хватало начать расстреливать своих же в виду у гъдеанских спутников орбитальной обороны!
«Песец» пристыковался к станции. Хайнрих Шварц был доволен. То, что к его прибытию станцию вылизали до блеска, его не удивляло, но про корабль могли забыть. Когда он в прошлый раз приехал из отпуска, пульт «Песца» запылился. Ну, мало никому не показалось. Видимо, урок усвоен.