Йозеф вздохнул. Почему-то ему казалось, что Хеленке не понравилось бы быть уборщицей. Найдёт ли она себе работу по душе?
– Аддарекх, а что делать, если кетреййи не знает, какую работу выбрать?
Он ухмыльнулся.
– Так обычно и бывает, адмирал. Кетреййи мало чего знают, даже о себе самих. Есть профессиональные центры при школах, они помогают сориентироваться. Тесты, беседы… Иногда пожилые шитанн чётко видят среди молодёжи тех, кто склонен к тому или иному. Для меня это – непостижимое умение, но я так понял, что Эйззу в детстве старый капитан приметил.
Йозеф, сделав паузу, задумался.
– Разрешите вопрос, адмирал? – аккуратно осведомился шитанн.
Гржельчик покосился на него.
– Хочешь знать, зачем вдруг любопытствую? – спросил обречённо. И гадать нечего, внезапный интерес к судьбам кетреййи не мог оставить Аддарекха безразличным. – Ты дочь мою видел, лейтенант? Дура дурой. На Земле ей ловить нечего. А по космосу со мной болтаться всю жизнь… Жизнь окажется либо короткой, либо несчастной. Вот у тебя есть дети, Аддарекх? Ты бы на моём месте отпустил дочь на чужую планету с женатым мужиком моего возраста?
У Аддарекха сдавило горло. Если бы дочки были живы, он сделал бы всё ради их счастья. На другую планету, с неподходящим мужиком – всё, что угодно, лишь бы были счастливы.
– Ваша проблема, адмирал, – проговорил он, судорожно сглатывая и проталкивая вставший в горле комок, – это не проблема вовсе… Пока ваша дочь жива… сделайте, как она хочет.
Йозеф уставился на задрожавший подбородок шитанн. Спохватился, вытащил бутылку из сейфа, булькнул в стакан, пододвинул лейтенанту. Тот вцепился было в гранёный цилиндр, но мука исказила лицо.
– Н-не могу, – выдавил он сквозь стиснутые зубы. – В тот раз напился – только хуже стало.
– Аддарекх… у тебя дочка умерла, что ли?
Он не мог говорить. Откроет рот – разрыдается. Пряча предательски влажные глаза, он показал Гржельчику три трясущихся пальца.
Йозеф включил переговорник.
– Старший помощник, быстро ко мне. И самокрутки свои прихвати. Не жмись, я знаю, что у тебя есть!
Бот с епископами сновал туда-сюда, от одного мересанского корабля к другому. Василиса задумчиво следила за его изображением на экране рубки. Она знала, что делают священники.
– Надо их и к нам пригласить, – промолвила она наконец.
Зигленк Винт среагировал так, словно он не высокий сильный мужик, старший помощник капитана, а девчонка, увидевшая мышь. Он втянул в себя воздух, вытаращил глаза и сложил пальцы в знаке, якобы отводящем беду.
– Вы что, кэп? Только попов здесь не хватало!
– Необходимо освятить корабль, – сказала она.
– Хирра Василиса, это же земные церковники! – Его голос дрогнул.
– Точно, – согласилась Вася. – Они-то нам и нужны.
– Зачем? – взмолился Зигленк. – Хирра Василиса, послушайте меня! Их нельзя пускать на борт. Они нас всех перебьют. Они же нас ненавидят!
– Не вас они ненавидят, а тьму, – отмахнулась она. – А против тьмы нам понадобится защита, и они могут её дать.
– Этакая защита хуже несчастья! Припрутся со своими крестами, через одного на костёр поволокут.
Вася раздражённо обернулась. Истерика второго начала её доставать.
– Ну-ка гляньте на меня, Зигленк. Ничего не замечаете? Нет, я не про ваши любимые сиськи! Чуть повыше. Это крестик, Зигленк. – В низком вырезе герры он был прекрасно виден, но шитанн как-то умудрялись это игнорировать. Человек способен упорно не замечать того, чего видеть не хочет. – Маленький, но настоящий. И что? Я за всю жизнь ни одного шитанн не убила.
Старпом порывисто вздохнул.
– Хирра Василиса, так то вы, а то – они!
– Прекратите панику, Зигленк. Я с ними договорюсь.
– Ну может, не надо? – Он сделал последнюю попытку. – На кой нам освящать корабль? Никогда не освящали, и всё было хорошо.
– Когда станет плохо, будет поздно, – отрезала она. – Я однажды ходила на неосвящённом крейсере, больше не хочу.
– А что с ним случилось?
– С ним? В общем-то, ничего. Зато могло случиться с другим. По которому сама собой ушла термоядерная ракета!
У Зигленка упала челюсть. Вася отвернулась от старпома.
– Бот сейчас у «Одиннадцатого»? Свяжитесь с ним, – приказала она.
Зажёгся новый сектор экрана, и на нём появилось изображение мересанца бравого вида.