Тиманы живут гнездами - группами из тридцати - сорока генетически родственных особей, в которые входят от одной до трех особей женского пола с единственной задачей и способностью: есть и производить на свет потомство. Тиманы мужского пола обожают головоломки, что проявляется в их играх, искусстве, музыке, а также в их поведении в бизнесе, управлении, дипломатии.
Драка, написавшего книгу о выживании тиманов, зовут Вигас Торм. Это кабинетный ученый с Драко, ни разу не ступавший на Тиман.
Новое воскрешение, на сей раз при помощи Йоры Бенерее. Этим различия не исчерпываются. Я выхожу из забытья не один. Тиман уже близко, поэтому открываются все капсулы. Мне промывают глаза, и я вижу Фалну, сидящего в своей люльке и растирающего онемевшую шею.
- Фална, тебе понравилось в Ри-Моу-Тавии на Тимане?
Фална моргает, трясет головой.
- Там было ужасно тоскливо. - Он вылезает из капсулы и, шатаясь, направляется в душ.
Шлюз открывается, впуская внутрь корабля ядовитый воздух Тимана. Сквозь щиток гермошлема я вижу троих тиманов, окутанных парами удушливого газа. Самый мелкий из троицы - Атруин'до Тиман, представитель "Тиман Низак". Он на прекрасном английском языке знакомит Дэвиджа и нас со своими спутниками, Притихом и Ринисехом. Тиманы якобы испытывают ужас перед насилием, во всяком случае, когда насилию подвергают их самих, однако сразу видно, что Притих и Ринисех - телохранители. Судя по их облику, они способны не задумываясь пустить в ход кулаки и оружие, спрятанное, наверное, под их буро-серой одеждой.
Дэвидж представляет свое "окружение" - Киту, Тая, Фалну и меня; что касается команды корабля, то она раньше нас направилась в Зону ограниченного контроля за кислородно-азотными дыхательными приборами. Мы слышим официальное тиманское приветствие:
- Я иду к вам с миром без каких-либо скрытых замыслов и без оружия. Добро пожаловать на Тиман, к моему сердцу, к месту моей работы.
Дэвидж отвечает на это по-английски:
- А я преисполнен подозрений, пламя, извергнутое тиманским оружием, по-прежнему жжет мне кожу. То было оружие, с помощью которого собирались убить меня и моего подопечного, Язи Ро.
И Дэвидж указывает кивком головы на меня.
Белые глазки тимана удивленно расширяются. Не продолжая формальностей, он опускает голову.
- Я чрезвычайно огорчен, сэр. Как мне рассеять ваши подозрения?
Дэвидж указывает на костоломов.
- Обуздай слова.
Тиман показывает ладони с неровно расставленными пальцами в знак понимания.
- Мы пойдем туда, куда они не долетят.
Дэвидж удовлетворенно кивает, и Атруин'до Тиман ведет нас сначала по трапу, потом по слабо освещенному проходу. Перед нами распахиваются дверцы огромной синей машины, где мы опускаемся на мягкие черные сиденья. Своих телохранителей Атруин оставляет снаружи - знак величайшего доверия со стороны тимана, если верить книге "Выжить на Тимане". Двери машины защелкиваются, и Атруин произносит: "Низак", темнота, тишина". Окна немедленно теряют прозрачность, мы перестаем слышать звуки извне. Машина несется к штаб-квартире компании.
- Теперь нас никто не видит и не слышит. Мистер Дэвидж, поведайте об обстоятельствах, при которых зародились ваши прискорбные подозрения.
- Начну с последней книги Талмана, канонизированной джетаи диеа на Драко. Это "Кода Нусинда" под названием "Глазами Джоанн Никол". Она вам знакома?
Тиман резко бледнеет, глаза расширяются. Реакция выразительнее любых слов. В книге о выживании утверждается, что тиманы чрезвычайно сдержанны, но мы сразу знакомимся с исключением из этого правила.
- Не читал, но знаю содержание. Для меня новость, что о существовании книги известно за пределами джетаи диеа. Но, кажется, дело не только в ней?
Дэвидж переводит взгляд на Киту. Та чуть заметно кивает и протягивает тиману конверт.
- Здесь технические характеристики и результаты испытаний взрывчатого вещества, с помощью которого на планете Дружба была предпринята попытка уничтожить Дэвиджа и Язи Ро. Следы ведут в "Тиман Низак".
Тиман берет конверт с такой опаской, словно это тоже бомба. Через некоторое время он поднимает голову.
- Это еще не все.
Дэвидж смотрит на меня. Я хмурюсь и отвожу взгляд. Скорее всего этот тиман - наш враг. Но из коридоров памяти ко мне взывает Талман. Айдан говорил: когда нет тайн, то нечего скрывать, нечего вспоминать.
Глядя на тимана, я говорю:
- Существует талма, способная положить конец войне на Амадине. Благодаря усилиям одного мудреца на Амадине и прозрениям "Кода Нусинда" она становится реальной. Мы с Дэвиджем - кусочки головоломки. Третий кусочек "Кода Нусинда". Если она окажется дискредитированной и джетаи диеа пересмотрят свое решение о ее включении в Талман, то роль тиманов в войне между Соединенными Штатами Земли и Драко так и останется на уровне слухов. Если кто-то - Дэвидж или я - погибнет, нас вряд ли кто-либо заменит. Тогда талма не осуществится, и "Нусинда" будет дискредитирована. Нижняя челюсть тимана лежит на его торчащей груди, голова вздрагивает в такт дыханию.
- Понимаю, зачем вы прилетели на Тиман. Вы усматриваете в нашем нежелании включать эту книгу в канон тайный умысел. Что ж, вы узнаете, кто стоит за попыткой саботировать эту талму. Возможно, вы увидите и другое: как народ, стоявший, по вашему мнению, у истоков войны, приведет противников в амадинской войне к миру.
С тиманом никто не спорит. Атруин совершенно замыкается в себе. Молчание затягивается. Наконец Атруин приходит в себя, его глаза сверкают.
- Поймите одно: у каждого народа есть выбор, как себя вести в случае угрозы. Люди и драки нападают или спасаются бегством. Тиманы, как вам известно из новой книги Талмана, реагируют иначе: они воздействуют на саму угрозу. Большинство тиманов, конечно, так не поступают - ведь и люди, и драки почти никогда не совершают убийство, едва забрезжит малейшая угроза. Разум возобладал над первобытными инстинктами. - Атруин'до Тиман втягивает голову в плечи. - Однако некоторые из нас оказываются рабами инстинкта. Во всяком случае, навыков, вызванных к жизни этим инстинктом. Увы, в это число попал и Хиссиед-до' Тиман.