Я с животным страхом замерла и прикинулась частью интерьера, чтоб Матвей, у которого взгляд был уже не то что бешенный, а безумно больной, а блеск в его глазах придавал ему большей дикости, не выплеснул свой гнев на меня.
- Ладно, - он слишком резко переключился, я не успела даже опомниться, как он поменявшись в лице, моментально приобрел спокойное выражение. Молча открыв дверь, он вышел из машины с такой грацией и надменной миной, как будто секундами ранее не он выплевывал самые грязные ругательства. - я готов пойти на переговоры, а может и на уступки.
Псих! Реально псих.
- А ты куда расселась? – как будто вспомнив наконец про мое существование, он нырнул обратно в салон и не слишком-то галантно вытащил меня за локоть. Про очередную боль я скромно промолчу.
Ночная прохлада окутала мое многострадальное тело своим резким порывом. Хотелось бы закрыть глаза, а лицо придать холодному порыву ветра. Но куда уж мне в такой пикантынй момент думать о таких пустяках.
Черкасов элементарно и ожидаемо не дал мне возможности насладиться природным явлением. Выдернув меня из машины, тут же направился вперед, всё так же держа меня за многострадальную конечность. Из-за поврежденной ноги я не успевала за его быстрой и немного дерганной походкой. Мне пришлось пару раз поступить на больную ногу. Ощущение- как будто тебе заживо режут лодыжку и разделывают как курочку на ужин. Впрочем, я не далеко ушла со сравнением. Матвей смотрел на меня именно с такими намерениями.
- Ну что, раз уж решил меня машинки, Маратик, самолично взглянешь, как я выпотрошу твою сучку…
Глава 37
Свет от фар машин больно резал мне по глазам, и я не могла нормально разглядеть что твориться передо мной, но, когда я привыкла к неестественному свету, мой дух перехватило от противоречивых ощущений.
Прямо перед нами в десяти метрах от нас стояли пять машин, та, что была посередине стояла ближе всех остальных четырех. Все машины были черные БМВ. Новые и даже по моим скудным знаниям, я была уверена, что каждая стоила как новая квартира в столице. Откуда у Марата столько денег или у него были влиятельные друзья, о которых я ничего не знала. А может это и не Марат вовсе?
Пока я к не месту вдавалась такими не своевременными догадками, дверь с водительской стороны той самой бэхи по середине открылась.
Я невольно задержала дыхание и в ожидании замерла, перестав чувствовать что-либо. Даже рука, что ныла от больного захвата Матвея, как-то вдруг перестала ощущать. Всё мое внимание перехватил Марат. Он спокойно и вместе с этим уверенно вышел из машины. Тут же знакомая волна доминантной ауры заволокло меня. И не только меня. Я краем глаза заметила, что Матвей, несмотря на свою браваду и борзые слова, ощутимо скукожился, а его глаза в подсознательном страхе быстро-быстро забегали туда-сюда.
Вот же крыса помойная.
В отличии от Матвея я, наоборот, почувствовала наконец себя в безопасности, хоть и продолжала стоять в руках этого гада.
Я жадно впитывала мужественный образ любимого, который с характерной ему ленивой как у самого опасного хищника походкой направляется в нашу сторону. По его лицу было почти невозможно понять, о чем он думает, но я знала и чувствовала, насколько он разгневан.
С обеих его сторон появились, двоя мужчин и встали по обе его стороны, плечом к плечу. В одном из них я узнала Константина, а вот с другим я была не знакома лично. Подозревала, что это второй близкий друг Марата, о котором он рассказывал мне, но вот имени его я не запомнила.
Опять ни к месту эта троица высоких и широкоплечих мужчин мне напомнила главарей мафиози. По крайней мере аура исходящая от них подавляла всех вокруг.
Я всё это время неотрывно смотрела на него и ловила его взгляд, а он как будто нарочно избегал меня.
Почему??? Неужели он не ради меня устроил всё это? Не за мной он приехал?
Я была на волосок от отчаяния. Боль от ядовитых мыслей окутал меня сильнее физической, и моё лицо сморщилось от новой волны неприятных переживаний.
И если бы не Матвей и его мертвая хватка, я бы наверняка свалилась бы с ног прямо на твердый асфальт.