Подойдя, слышу злой выкрик матери.
— Они дети, Джаред! — вопит она.
— Роуз, ты не понимаешь! — повышает голос отец. — Эдвард… я… — запинается. — У нас крайне важное дело. А дети… я хочу, чтобы они могли себя защитить.
— Что значит “в случае чего”, Джаред?! Ты работаешь в Федеральном следственном агентстве! Ты один из самых ценных сотрудников! Они должны охранять тебя!
— Дорогая, это просто меры предосторожности, — голос отца становится почти ласковым.
Я стучу в дверь и, не дожидаясь ответа, захожу. Мать в слезах жмётся к отцу, который успокаивающе гладит её по спине. Она отстраняется, чтобы украдкой вытереть слёзы.
— Что случилось, солнышко? — натягивает улыбку отец.
— Почему мама плачет? — с грустью спрашиваю я.
— Всё хорошо. Просто соринка в глаз попала, — мать тоже натянуто улыбается, а я в ответ киваю.
— Пап, ты не видел пингвинчика? Любимую фигурку Арчи — я нигде её не могу найти.
Отец выдвигает столешницу и достаёт маленькую серебристую фигурку. Я подпрыгиваю от радости.
— Спасибо! — визжу я. — Теперь Арчи перестанет на меня злиться, правда? — поднимаю взгляд на родителей.
Отец присаживается рядом со мной и гладит по голове.
— Он не злится, солнышко. Просто немного расстроился. Это всё переходный возраст, — бубнит он себе под нос.
— Переходный возраст? — я недоумённо хлопаю глазами.
— Мы с тобой позже это обсудим, солнышко, хорошо? — почти ласково произносит мать. Я киваю.
— А мы можем идти играть? Я уже всё подготовила, — улыбаюсь я.
— Конечно. Мы скоро закончим и придём, — говорит папа. — А ты пока иди в комнату и дождись нас.
Я киваю и несусь обратно, ставлю фигурку на доску и забираюсь на кровать. Проходит час… два… три… и я не замечаю, как проваливаюсь в сон.
***
Я тяжело разлепляю веки от того, что кто-то меня тормошит.
— Мэлони! Мэлони! Проснись! — тихо, но настойчиво зовёт кто-то.
— Мммм… — мычу я в ответ.
— Мэл! — меня почти яростно встряхивают, и я, резко открыв глаза, подскакиваю.
— Чшшш…
Отец сразу закрывает мне рот рукой.
— Тихо, солнышко, ни звука, пожалуйста, — почти умоляет он. — Если поняла — кивни.
Я киваю.
— Хорошо. А сейчас мы поиграем в шпионов. Тебе ведь нравится играть в детективов, правда?
Я радостно киваю.
— Отлично, — судорожно выдыхает отец. — Сейчас мы выйдем из комнаты, и ты очень тихо побежишь в комнату брата. Там ты встретишься с мамой и Арчи, возьмёшь их, и вы трое спрячетесь. А я, как настоящий детектив, буду вас искать. Договорились?
— Да, — радостно киваю я.
— Отлично, пошли, — он поднимает меня на руки. — Ни звука, Мэлони, договорились? — серьёзно спрашивает он.
Я снова киваю. Мы выходим в коридор. Снизу доносятся незнакомые голоса, и внутри поселяется странное чувство паники.
— У нас гости? — шепчу я отцу.
Он кивает и почти беззвучно отвечает:
— Да. Это… это мои друзья. Они будут играть с нами в детективов. Так ведь интереснее, правда?
Я хочу завизжать от восторга, но отец закрывает мне рот ладонью.
— Они не знают правил и уже ищут тебя, брата и маму. Поэтому — тихо. Ты же не хочешь проиграть раньше времени? — спрашивает он, поглядывая в сторону лестницы.
Я отрицательно мотаю головой.
— Вот и хорошо. А сейчас… — он беззвучно опускает меня на пол. — Как договаривались: беги в комнату к маме и Арчи. — Он целует меня в лоб, и в груди вдруг разливается странная боль.
— Папа… — с беспокойством шепчу я, хватая его за руку. — Ты обещаешь, что будешь меня искать?
Он судорожно вздыхает.
— Конечно, солнышко. Давай, беги. Я начинаю считать. Раз. Два…
Что-то подсказывает мне остаться, сказать хоть ещё одно слово… но я разворачиваюсь и бегу. Забегаю в комнату брата и натыкаюсь на маму. По её лицу ручьём струятся слёзы. Арчи дрожит и прижимается к ней.
— Мама, что случилось? — шепчу я. — Ты так расстроилась, что мы будем играть в детективов?
Мать старается перевести дыхание, взять себя в руки.
— Нет, солнышко. Всё хорошо, — тихо отвечает она. — Пошли. Нам нужно спрятаться, чтобы никто нас не нашёл.
Мы выходим из комнаты, и тогда я замечаю в руках матери пистолет. Мои глаза округляются. Раньше мы так не играли.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но снизу доносится череда выстрелов и брань — такая, что уши вянут. Мама хватает нас с Арчи и бежит в дальнюю часть дома.
Там мы встречаем отца. Он выглядит бледным.