Возвращаясь на кухню, я заметила: на столе лежала папка. Тонкая, серого цвета, как сотни других в отделе. Но её я точно не приносила домой.
Я замерла. Сердце яростно заколотилось. Медленно сделала несколько шагов.
Папка была открыта. На первой странице — моё лицо. Фотография из досье, когда я ещё была Эшвуд. И ниже — строки, которые не могли быть доступны никому.
Меня пробрала дрожь. Надо валить. Сейчас же.
Я резко захлопнула папку: он знает. Всё. То, от чего меня всю жизнь прятали. То, что я хоронила глубже всего.
Я вскочила, едва не уронив стул.
— Чёрт… — выдохнула я.
И в этот момент услышала: где-то в коридоре тихие шаги.
Я схватила пистолет со стола, вскинула, напряглась до предела. Тишина. Но я знала — я здесь не одна.
— Какая нервная, — раздался спокойный мужской голос. Слишком спокойный для того, кто вломился в чужую квартиру посреди ночи.
Я резко развернулась. В проёме стоял он. Высокий, в тёмной одежде, взгляд цепкий. И улыбка. Улыбка хищника, который наслаждается моментом.
— Не подходи, — выдохнула я, держа оружие наготове.
— Стреляй, — сказал он тихо, почти ласково. — Проверим, успеешь ли ты нажать раньше, чем я солью про тебя всю теперь уже известную мне информацию, или закончу начатое мной вчера. — Его взгляд переместился на мою шею.
Я не дёрнулась. Но палец на курке свело.
— Кто ты такой? — выдавила я.
Он чуть склонил голову, как будто ему нравилось наблюдать, как я шатаюсь на грани.
— Точно мы не успели познакомиться, крольчонок. Меня зовут Клауд.
— Зачем ты здесь? — голос мой сорвался, но я быстро взяла себя в руки. — Что тебе надо?
— Хммм… — заговорщически протянул он и сделал шаг вперёд, а я напряглась. — Понимаешь вчера ты осталась в живых, только потому что я позволил. — Усмехнулся он.
Я прикусила губу, стараясь не дрогнуть.
— Что это значит? — спросила я ровно, хотя внутри всё переворачивалось. — Ты вломился в мою квартиру, перелопатил мои документы и теперь угрожаешь? Убирайся.
Клауд улыбнулся, как будто я сказала что-то забавное.
— Я не угрожаю. Пока нет. — Он шагнул ближе, и тень от его фигуры скользнула по столу. — У тебя сейчас мало вариантов. Тебя отстранили, ресурсы урезаны, следственные связи — на карантине. — Он стал загибать пальцы.
Во рту пересохло, я сильнее сжала пистолет.
Откуда он?..
— Кто ты, мать твою, такой?! — голос сорвался почти на крик.
Он сделал шаг ближе, вынуждая меня отступить. На его лице появилась хищная улыбка, больше похожая на оскал. В этот самый момент я ощутила себя тем самым кроликом, загнанным в угол большим и плотоядным лисом.
— Я тот, кто не оставляет свидетелей. И если ты всё ещё дышишь, то только потому, что я позволил, — его тон был ледяным.
Из-за чего у меня засосало под ложечкой. Дураку было бы понятно, что он пытается запугать меня угрозами, но, к моему сожалению, я почти на сто процентов была уверена — он не блефует.
— Хочешь жить, крольчонок — умей копать в правильном направлении.
Он встал ко мне почти вплотную, глядя снизу вверх.
Вчера у меня не было возможности разглядеть его как следует, но сегодня — о боже — он выше меня на голову как минимум. И это при моём росте в метр семьдесят. То, что я вчера уложила его на лопатки, выглядело сейчас почти чудом. О чём ты думаешь, идиотка? Соберись!
Я открыла рот, но он не дал мне договорить.
— Пристрелишь меня — и все узнают твою маленькую тайну. Ты ведь не думала, что я вломлюсь к копу без страховки? — ухмыльнулся он. — Так что положи ружьё, и начнём наше свидание.
Я не сдвинулась с места; это его явно раздражало. В ледяных глазах промелькнуло нечто едва уловимое, но я не смогла разобрать, что именно. Мы сверлили друг друга взглядами, и казалось, воздух в помещении стал сгущаться.
— Не вынуждай меня повторять дважды, — процедил он.
У этого парня эмоции менялись так быстро, что можно было только позавидовать. Решив не испытывать судьбу вновь, я засунула пистолет за пояс спортивных штанов.
— Чего ты хочешь? — стараясь звучать уверенно спросила я.
— Вот — наконец-то — мы добрались до сути. — Я не собираюсь сейчас распаковывать твой мир. — Клауд сделал шаг назад, давая возможность начать дышать. — Я не прошу доверия. Я предлагаю сотрудничество. Мне нужна информация. Маленькие шаги, ничего официального. Ты даёшь мне доступ к тому, что ты знаешь, а я даю тебе то, что тебе нужно: информацию, свежие следы, людей, готовых рвать глотки ради денег и тайн. И да — я знаю людей, которые могут вернуть тебе твоё расследование по той или иной схеме.
Он говорил точно как торговец на рынке: взвешивал слова, почти не показывая эмоций.