– А вот и драгоценная Амидера, – произнесла Эрешкиль, и я поняла, что девчонка ее услышала. Не знаю, что она видела через портал, но глаза княгини наполнились ужасом. Она метнулась к орлу, но тот остался сидеть неподвижно.
– Твой любимый Рагонг не придет на помощь. Он не услышит тебя. Сегодня малютка княжна в лесу совершенно одна, – пропела Эрешкиль, и я удивилась яду в ее голосе.
Первомать не позволяла себе проявлять настоящие эмоции, но было похоже, что она питает самую настоящую неприязнь к девчонке. Я вспомнила о том, что Эрешкиль говорила Рагонгу, когда они встретились. Первомать убила жену Кроуга, старшего из пяти братьев Людеи. Она до сих пор питает сильную ненависть к той, которую лишила жизни много круголетий назад, и сейчас, похоже, видит ее далекое отражение в Амидере.
– Ты еще такая слабенькая. Мы незамедлительно должны это исправить. Согласна?
От пристального яростного взгляда Великой мне стало не по себе. Красные зрачки Эрешкиль сделались еще ярче, в них пылала жажда мести. Великая подняла руку, показывая на клетку с гаргонами, приказывая Лемьюру открыть ее. Темный застыл в нерешительности. Он точно не спешил становиться едой для этих тварей. Магистр не стал ждать, когда темный наберется смелости, и сам отворил засов. Твари начали принюхиваться, но даже не успели двинуться, как Великая подняла руку, и порывом шквального ветра их пронесло через оба портала и вышвырнуло кубарем прямо на траву перед домом. Девчонка попятилась к двери. Голодные твари быстро вскочили на ноги и двинулись за ней в дом. Раздались стук, в доме что-то падало, слепые гаргоны роняли предметы преследуя девчонку. Хлопнула дверь. Вместо того, чтобы сразиться с ними магией, она убегала. Глупо… или, возможно, девчонка еще не умеет пользоваться своей силой. Вот, значит, к чему Эрешкиль вспомнила про Путь Посвящения эльфов – лабиринт с препятствиями.
Великая опять начала водить рукой вдоль портала в прошлое, и картинка сменилась. Мы углубились в чащу ночного леса, наблюдая со стороны, как девчонка спасается бегством. Она споткнулась, полетела с пригорка, разодрала локти и колени.
– А вот и первая кровь, теперь наши друзья найдут тебя быстрее. Беги, дорогуша, беги! – Эрешкиль потешалась и, кажется, с наслаждением наблюдала за происходящим. Девчонка кинула растерянный взгляд на портал и дернула головой, значит, услышала.
– Когда гаргоны догонят, они растерзают ее, – прошептала я, зачем-то решив вмешаться. Издалека доносилось мерзостное постукивание зубов тварей.
– Если они ее сожрут, значит, она не тот сосуд, который мы ищем, – отрезала Эрешкиль тихо.
Княгиня замерла на холме с палкой в руках. Я с сожалением подумала, что у нее при себе даже сносного меча нет. Гаргоны преследовали ее по пятам. Ей конец.
– Но разве, если ее сожрут, мы не изменим настоящее? Это то, о чем предупреждал Оникс, – отчего-то мне не хотелось, чтобы ее разорвали на куски.
– Мы уже изменили его. Все, что происходит в настоящем, – следствие того, что мы с тобой сейчас стоим тут. – Первомать кинула на меня гневный взгляд, и я решила впредь помалкивать.
Просто отвернусь, когда ее будут жрать. Затем до меня медленно начал доходить смысл слов Первоматери. Если бы княгиню сожрали у меня на глазах, я бы не встретила ее в пещерах гномов. Девчонка выживет. Мне стало даже любопытно, как ей это удастся.
В этот момент она как раз огрела одного монстра дубиной, и он повалился назад, но тут же на девчонку прыгнул второй. От страха и растерянности она ударила магией. Княгиня била чистой силой, так делают либо очень опытные маги, умеющие направлять силу, либо новички с хорошим потенциалом. Ее силы хватило, чтобы разнести одну тварь на куски, а вторую отшвырнуть подальше. Она и правда сильна, но достаточно ли, чтобы вместить всю силу Великой?
– Ну вот! Один-ноль в твою пользу, малютка. Минус один гаргон, – раздосадовано произнесла Эрешкиль.
Девчонка повалилась на спину, похоже, ее чуть не вывернуло от отвращения, но, подавив спазм, она поднялась на слабых ногах и побежала обратно к домику.
– Надо прибраться, мы же не хотим оставить князю подсказки раньше времени, – шепнула мне Первомать и начала плести новое заклинание.
Руны танцевали на ее пальцах, и ошметки гаргона, которого убила девчонка, тлели, на глазах превращаясь в пепел. Тьма окружала Эрешкиль и уже копошилась плотным кольцом у ее ног, поднимаясь до талии. Мне пришлось отодвинуться дальше, чтобы голодная чернота не зацепила и меня. Время кончалось, каждое заклинание, влияющее на ход истории, уменьшало ее возможности. Первомать слабела, а власть тьмы крепла. Эрешкиль вновь перенесла портал, и мы очутились на поляне около домика, как раз в тот момент, когда второй гаргон догонял девчонку. Он прыгнул на нее, легко сбив с ног. Девчонка заметалась под ним в агонии, а его пасть неминуемо приближалась к ее лицу. Говорят, прежде всего гаргоны сжирают глаза своих жертв, лишая их возможности видеть и убегать.