Радуясь свежей листве, солнцу, согревающему воздуху, отправилась на прогулку, вот так - без машины, пешком, в удобных босоножках без каблука. После обеда, немного устав, присела на скамейку в небольшом сквере, солнце приятно припекало открытые плечи. Прикрыв глаза, подставила и лицо жарким лучам. Хорошо - легкий ветерок ласкал оголенную кожу. Впервые я радовалась выходному. Раньше у меня любой день мог стать выходным, после того как я закончила учебу, конечно. А теперь я вынуждена притворяться непонятно кем, и завтра предстоит тяжелый рабочий день. Хорошо, что есть хотя бы сегодня. Когда не нужно притворяться и улыбаться, глядя в красивое лицо колдуна. Я достала бумагу и сангину, купленную по пути в так удачно подвернувшемся магазине. Когда рисуешь, можно ни о чем не думать. Рисовала я не то, что было передо мной, а мост через Обь, рассвет, что видела с Максимом. Время было как стайка мошек - оно вроде остановилось, но, если присмотреться, все же двигалось вперед. Разносящиеся вокруг звуки будто тонули в жарком воздухе, я погрузилась в рисунок с головой, не замечая ничего вокруг.
Но воздух вокруг становился все плотнее, тягучей. Несмотря на жару, по коже пробежали мурашки, внутри похолодело, и я отложила в сторону рисунок. Я знала, что это. Это предчувствие надвигающейся беды.
Сердце ушло в пятки, когда раздался звонок. Номер незнакомый. Не записывала я в телефоне Маргариты контакты, кроме Старцева. Но предчувствие нельзя игнорировать, поэтому я все же ответила.
- Алло, - произнесла я охрипшим голосом. Голосом Василисы. Сегодня я не пила зелье, ведь, если Максим и позвонил бы, я не планировала отвечать.
- Маргарита? - уточнил приятный мужской бас.
- Да, - протянула я. А сердце сжалось от страха. Это точно не Максим.
- Вы должны подъехать к дому Ефимии Вершининой, - обеспокоенно произнес он.
- Кто вы? Зачем мне туда ехать, я не знаю никакую Ефимию, - пробормотала я, ведь Маргарита не должна знать.
- Ваш номер указан среди первых в списке контактов, если что-то случится. Глафира Петровна, которая сидит с Евой, любезно его дала, - немного раздраженно пояснил мужчина.
Я чуть не выронила телефон. С Фимой что-то случилось, она в опасности, осознание этого окатило удушливой волной. Остаться в стороне я не могу. Возможно, я единственная, кто ей может помочь. Не раздумывая, обратилась к ведьминому взору. Сестра родная кровь. Нас связывают незримые нити, которые мы, высшие ведьмы, чувствуем и почти видим. Я прикоснулась к той самой нити, почувствовав на том конце страх, и меня саму тоже тут же охватило то же чувство, будто это я сама боялась. Она жива. Но где она и чего боится? Откуда этот незнакомец знает, что с ней что-то случилось? И почему позвонил мне?
- А что случилось? - не стала я отпираться.
- Это не телефонный разговор, - ушел от ответа незнакомец.
Ну, да, конечно, а как иначе?
- Это связано с ее работой? - все же попыталась я выяснить.
- Да.
- А зачем вам я?
- Вы сможете ее найти...
Меня начала пробивать нервная дрожь. Он знает, что я не Маргарита, иначе не позвонил бы. Кто он, черт его побери?!
Я не стала продолжать разговор. Зачем он мне сообщил, что Ефимия в опасности, и чего хотел добиться, уже не имеет значения. Чтобы найти сестру, мне он не нужен.
Бегом я бросилась к дому, к машине. Я чувствовала, куда мне ехать, все еще глядя на мир ведьминым взором, и неслась по улицам чужого города.
Чутье вело меня в промзону, мимо гаражей, к полуразрушенной базе. Я чувствовала страх сестры сильнее. Она совсем рядом. В одном из боксов. Не сбавляя скорости, завернула туда, песок поднялся облаком, и камни полетели из-под колес от резкого поворота и торможения.
Думала ли я о том, что это опасно? Нет, не думала. Не вспомнила и о том, что сестра - сильная белая ведьма, давно вступившая в полную силу. Все разумные мысли заглушал чужой страх, который я ощущала, как свой собственный. И не сообразила, что тот, кто смог ее удержать, должен быть сильным колдуном как минимум.