А потом совсем офигевает и прижимает меня к себе.
– Ты все еще можешь оказаться в участке, за… неуплату, – дышит он мне в висок и, какой ужас! нюхает волосы. Меня передергивает, а он замечает это и больно сжимает мое плечо.
– Я все отработала! Пусти! – я извиваюсь, как могу, но у него железная хватка, а я всего лишь хрупкая и изголодавшаяся девушка. Во мне только орбит и кости.
– Нет-нет, не так быстро. Я же сказал, что мы не закончили! – и он настойчиво валит меня на ближайшую столешницу.
Меня пронзает паника. Рука находит что-то продолговатое на столе – кажется, вазу, – и я, не задумываясь, опрокидываю ее, зажатую в руке, назад, даже не зная наверняка, достигнет ли мой удар цели.
Получается. Натиск отступает, но я не даю себе права на передышку, я делаю отчаянный рывок и кидаюсь к выходу.
За дверью свежий ветер и свобода. За дверью – укатывающееся за горизонт солнце, охристый закат и спокойная реальность, взбаламученная моими нервами.
За дверью – пустынно.
Поэтому я не могу позвать на помощь, а Леня слишком резв и успевает схватить меня до того, как я даю деру.
Он зажимает мне рот, а я со всей дури луплю его по ноге. Он держит меня, кривясь от боли, а я изворачиваюсь, пытаясь прокусить ему руку.
Я держусь, но у меня заканчиваются силы. Я готова сдаться.
Свобода наступает неожиданно.
Тенью, налетевшей на нас и вставшей между нами горой. Это какой-то мужчина, и он, не церемонясь, кидает моего обидчика в ближайшие кусты. А потом поворачивается ко мне лицом, и в сумеречном свете я с удивлением обнаруживаю Рому, моего соседа.
Он подходит ко мне и долго смотрит в лицо, а потом осматривает и всю меня.
Мне на самом деле не нужно его «привет». Я готова броситься ему на шею и расцеловать, забыв про нелюбовь, искрящую между нами, но мое «спасибо» пресекается сухим:
– Садись в машину.
10
Понятия не имею, что сказать ему в первую очередь.
Пока он не смотрит на меня, я делаю несколько попыток открыть рот. Но каждая заканчивается провалом. Меня точно переклинило на разговоры. Я больше не могу вымолвить ни слова.
У меня дрожат зубы, а кожа покрыта мурашками, и я занимаюсь тем, что крепко обнимаю себя за плечи. Не говоря ни слова, Рома включает обогрев салона. Я чувствую, как тепло обволакивает всю меня, потихоньку распространяясь в каждую клеточку, и закрываю глаза, с наслаждением погружаясь в созданный жаром уют. Надо же, нахожусь в замкнутом пространстве с человеком, которого не люблю, а чувствую себя в безопасности!
Следуя за мыслями, кидаю взгляд на Рому – пока машина ждет зеленого сигнала светофора, его темные глаза устремлены на меня. И в них плещется столько чувств, что меня топит их многообразие, и я, словно приговоренная, смотрю в его глаза, и теряюсь в их глубине.
Что же это такое? Такую малость, как ненависть, я еще заслужила, но все остальное, откуда это? Не уверена, что смогла бы вызвать такую бурю одним своим появлением в его жизни?
Что же он за человек такой? Почему его глаза, как омуты, тянут меня и страшат своей глубиной и наполненностью.
Я не выдерживаю и отворачиваюсь. Мы трогаемся.
– Ты… появился очень вовремя, – нарушаю я тишину.
– Похоже на то.
– Но как ты меня нашел? – это на самом деле странно. Ну не следил же он за мной. Кто я, в самом деле, чтобы за мной следить.
– В соседнем здании живет мой друг. Я как раз шел к нему, когда случайно наткнулся на… и давно ты работаешь на этого ублюдка?
– Я не работаю на него! – при воспоминании о Лене меня передернуло.
– Он твой парень?
– Нет! – горячо опровергла я. – Я никогда бы не стала… с таким! Он омерзителен!
– Ты не работаешь на него. И он не твой парень. Что тогда ты там делала после закрытия?
Я покосилась на него и поняла, что мне стыдно. Стыдно говорить ему о том, как у меня все плохо. Стыдно от того, что даже за кофе приходится расплачиваться таким образом. Что мной могут помыкать люди, подобные Лене. Мне самой от себя противно, как же я могу об этому рассказать почти чужому человеку?
– Просто так вышло, – выдавила я, глядя прямо перед собой. Его взгляд жег меня, и я не могла заставить себя посмотреть ему в глаза.
– Как вышло? – не унимался он.
– Это не важно.
– Это, блять, важно! – вспылил Рома. Я испугалась и глянула на него. Его глаза метали молнии. Говорю же, сущий дьявол! – Ты либо наивная дура, которую он развел, либо сама нарвалась на это!