Тогда почему близость Ромы захватила меня так поспешно? Почему я чувствовала, как скручивает низ живота от взгляда в его глаза, почему так долго тянулось время между нами, почему пространство вибрировало, как натянутая струна…
Почему он стоял слишком близко, ближе, чем нельзя, и протягивал ко мне руку, а я не отходила?
Между нами электризовывалось пространство. И я ловила каждую искру и становилась полыхающей и безумной.
Он был пьян, и, скорее всего, спутал меня с одной из тех, кто оставил алые следы на его шее. Это выглядело ужасно пошло и страстно. Не думала, что это может меня завести.
Его длинные пальцы коснулись моего предплечья, и это было так восхитительно, до мурашек, и ужасно, до стука зубов друг об друга. Его руки крепко сжали мои плечи, моя спина уперлась в стену. Пульс долбится в виски. Запах въедается в ноздри.
Яд слишком близко, и он проникает в меня.
Хриплый стон в мою шею вызвал такой накал чувств, что я едва не потеряла сознание. Рука парня заскользила по моему бедру вверх, узел внутри меня закручивался все туже, и я уже не понимала, кто он, кто я, и кто из нас кого ненавидит…
Его шепот пробрался до меня сквозь туманную пелену, и я не сразу уловила его смысл:
– Ты так похожа на нее!
Я так похожа… на кого?
Я замерла.
– Погоди! – выдохнула почти в его губы.
Он опомнился. Посмотрел на меня трезвыми глазами, которые тут же наполнились чем-то жутким. Он сделал шаг назад и со злостью выдохнул:
– Убирайся отсюда! – тихий вкрадчивый голос звучал страшнее самого громкого и яростного крика, и я метнулась прочь из комнаты, хоть и думала, что не смогу сделать больше ни шагу.
Очнулась я уже в темноте своей комнаты. Я стояла около окна. Сжимала холодеющие пальцы, слушала бешеный стук сердца и выдыхала накопившийся яд.
Я думала.
ЧТО ЖЕ ЭТО СЕЙЧАС БЫЛО, ТВОЮ МАТЬ!?
15
Не знаю, в какой момент сон все-таки победил. Я уснула так крепко, что впервые за все время мне не снилось ни единого чертового сновидения.
Никаких бывших парней, их новых женщин, никаких предателей и падений в пропасть. Ничего.
Зато после пробуждения моя жизнь раскрасилась появлением новой головной боли в виде Ромы и его странного поведения. Если он хотел от меня избавиться таким образом, то у него почти получилось – я уже готова была самостоятельно бежать от этого странного парня и моей еще более странной на него реакции, хоть бы и пришлось спать на вокзале, ничего не есть и ждать нового появления чуда в моей жизни.
От безумных порывов меня останавливал лишь тот факт, что недавно мне пришло приглашение на собеседование, а это значило, что нужно выглядеть свежей (маловероятно), опрятной (более-менее можно устроить) и уверенной в своих силах.
Но как можно быть уверенной хоть в чем-то, если на каждом углу меня поджидают все новые сюрпризы?
Вот опять, стоило мне вылезти из утреннего душа с полотенцем, обмотанным вокруг головы, как мне навстречу вышел хмурый Рома и посмотрел на меня совершенно непроницаемым взглядом.
Я застыла, как вкопанная, глядя на него и не зная, что мне говорить и стоит ли мне говорить вообще.
«Привет» прозвучит глупо, «как спалось?» еще глупее…
– Отойди, – прервал сухой репликой все мои рефлексии парень. И я даже толком не успела ничего сообразить, как он отодвинул меня к стене, как вещь, и прошел в ванную, громко хлопнув за собой дверью.
И чего взъелся? Это не я к нему вчера приставала. Хотя и была виновата в том, что влезла без спроса в чужие личные вещи, признаю. Но из-за этого лезть ко мне со всякими непотребствами…
Я кинула быстрый взгляд на дверь ванной, откуда уже слышался характерный плеск и поспешила на кухню, где меня ждал горький кофе.
Подумав о своей вине, я достала вторую чашку. Оставлю ее здесь, может быть, сойдет за извинение. Это очень интимная вещь – делать кому-то кофе, так что я надеялась, что он оценит широкий жест.
Не оценил. Мало того, напугал меня своим тихим появлением на кухне, так, что я выронила телефон из рук на пол. Когда я полезла его доставать, то и полотенце оказалось на полу, а мои длинные мокрые волосы разметались по плечам. Рома же смерил меня убийственным взглядом, вылил свеженалитый кофе в раковину одним быстрым движением и заменил его водой (изверг), а затем также молчаливо отправился к себе.
Надежды на то, что он уйдет из квартиры в воскресенье не было, разве что, конечно, он не работал где-нибудь со свободным графиком, поэтому я вознамерилась совершить рейд в город, проветриться и подумать о своей никчемной жизни. В который раз.