В России продолжительность жизни всегда была ниже, чем в Западной Европе. Наименьший разрыв между Россией и Западной Европой наблюдался в начале 60-х гг. прошлого века. Как бы ни оценивать сущность того периода нашей истории и деятельность тогдашнего лидера Н. С. Хрущева, это был период наибольшего расцвета Советской империи. Прекращение необоснованных репрессий, развертывание грандиозного жилищного и промышленного строительства, реальная государственная поддержка науки и образования, выход в космос – все это благотворно повлияло на состояние общества и продолжительность жизни.
Далее начался период, названный застоем. В Западной Европе продолжительность жизни медленно, но неуклонно росла, у нас стала падать. Слабый подъем пришелся на краткое царствование Ю. Андропова, принесшее неосуществленные надежды. Далее пришла перестройка. К ней можно как угодно относиться, но она вселила новые надежды. К тому же антиалкогольная кампания того периода благотворно повлияла на состояние здоровья населения. Демографическая ситуация в обществе конца 80-х годов стала резко улучшаться.
Начало 90-х годов принесло новый крах надежд и идеалов. Экологические показатели в то время улучшились в связи с сокращением объема промышленного производства. Однако социальные обстоятельства оказались весомее. Демографические показатели среагировали снижением продолжительности жизни. И наконец, конец 90-х г. прошлого века породил слабую надежду на стабилизацию положения в стране. Продолжительность жизни чуть-чуть стала расти.В течение нескольких последних лет я с группой своих учеников предпринял попытку независимого анализа динамики продолжительности жизни в Санкт-Петербурге на основании статистически корректных подходов. Игнорируя официальную статистику, мы взяли 3 источника информации:
– опрос населения (студентов города) о сроках жизни их умерших родственников;
– справочные данные из энциклопедического словаря и приводимые газетой «Санкт-Петербургские ведомости» о сроках жизни известных петербуржцев;
– анализ данных на надгробных памятниках основных городских кладбищ.Первая и третья группа данных достоверно совпали. Цифры из второй группы, естественно, оказались выше. В историю попадают лишь значительные люди. А чтобы сделать что-то значительное, нужно время, и, соответственно, прожить надо, как минимум, больше среднего.
Основные результаты анализа таковы. Продолжительность жизни в последней четверти ХХ – начале XXI века в Ленинграде-Петербурге составила для мужчин 51,7 года, для женщин – 58,2.
Если взять ретроспективно ситуацию в ХХ веке, то ясно, что провалы в продолжительности жизни наблюдались в 1918–1921, 1941–1944 гг., в начале 90-х г. Вопреки общепринятому мнению, подтвержденному официальной статистикой, значительного сокращения в самые последние годы (1995–2004) не регистрируется. Если у мужчин на полгода она и сократилась, то у женщин даже выросла до 63–64 лет. Очевидно, женщины более устойчивы к негативным реалиям последних лет. Правда, рождаемость по всем данным упала. Может, у бездетных и малодетных женщин остается больше сил для заботы о себе самих? При этом повысился разброс по продолжительности жизни, отразившей очередное расслоение общества. Кто-то стал умирать намного раньше, кто-то нашел в себе силы жить активно и относительно долго. Нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что вопреки многим негативным социальным процессам последних лет, в области медицины имеет место безусловный прогресс. К тому же качественных продуктов питания сейчас в магазинах больше, чем в коммунистические времена.
В конце XIX в., по данным тогдашней городской думы, продолжительность жизни в Санкт-Петербурге составляла 36,6 года. Это на 10 лет было ниже, чем в крупных городах Западной Европы. Дума объясняла это скверным питерским климатом, не сбрасывая со счетов и роль пьянства, которое в той или иной степени было на Руси всегда.