И еще одна деталь, несущая сомнительный аромат нашей эпохи, не лучшей в истории государства. Бюст покрыт темным защитным составом, и Селезнев распорядился его не чистить, чтобы медь не блестела на солнце и не привлекала вандалов – охотников за цветными металлами. Предосторожность нелишняя. К слову, Александру Невскому стоит еще один новый памятник на горе Соколиха под Псковом (скульптор И. Козловский). Тот имеет высоту более 30 метров, одно копыто лошади князя по пояс среднему человеку. Группа злоумышленников пыталась ночью распилить и сдать в металлолом этого бронзового великана. Их задержали, а охрану памятника на Соколихе взяла на себя знаменитая псковская десантная дивизия имени Александра Невского. В Кобыльем городище охраны, увы, нет.
Какой же на самом деле была политика Александра Невского в свете современной исторической науки?
Ориентиры внешней политики Александра Невского
Александр Ярославич Невский (1220–1263), небесный покровитель Санкт-Петербурга, всегда привлекал и продолжает привлекать внимание русских людей. Ему посвящены многочисленные исследования историков, произведения изобразительного и прикладного искусства, иконописи, кинофильмы. Но истинную роль Александра Невского в истории России ХIII в. не понимали или не хотели понять многие его современники и позднейшие историки. Заслуженную награду он получил от православной церкви, удостоившей его канонизации.
Теперь мы воспринимаем Александра Ярославича преимущественно как выдающегося полководца, победившего шведов на берегу Невы и немецких рыцарей на льду Чудского озера. Но его дипломатические таланты, его политическое прозрение еще не получили достойного признания. Еще не совсем четко сформулированы основные приоритеты его внешней политики на западных и южных рубежах России. Особенно остро стоит вопрос о взаимоотношениях великого князя с Ордой. Этот вопрос оказался весьма запутанным, и на него историки, принадлежавшие к разным школам, давали противоречивые ответы. И современники, и потомки неоднократно обвиняли Александра Невского в измене национальным интересам России, в предательстве общеевропейского антимонгольского дела.
С формальной точки зрения их обвинения имеют некоторые основания. Великий князь пять раз ездил на поклон в Орду. В 1259 г. в Новгороде он принимал активное участие в подавлении народных восстаний против татарских баскаков, проводивших перепись населения в целях обложения налогами в пользу оккупантов. Он породнился с сыном Батыя ханом Сартаком, приглашал татарские войска воеводы Неврюя и вместе с ним в 1252 г. разбил войска своего брата, великого князя владимирского Андрея. Естественно, эти действия Александра Ярославича не могли положительно оцениваться современниками тех событий.
Реальные итоги татаро-монгольского нашествия рассмотрены в предыдущем разделе книги. Напомню лишь, что имеются бесчисленные неопровержимые вещественные и письменные доказательства чудовищного разгрома Руси ордами Батыя.
Были сожжены десятки крупных и сотни мелких городов, множество храмов и монастырей. В огне пожарищ погибли бесценные памятники культуры и искусства: иконы, книги, изделия ювелиров, культовые здания. По оценкам демографов, за годы нашествия население Руси сократилось на одну треть. В настоящее время принято считать, что в Древней Руси к середине ХIII в. проживало 7–8 миллионов человек. Значит, татаро-монголы уничтожили или увели в плен около 2 миллионов русских людей!
Посол римского папы к великому хану в Карокорум Плано Карпини, проезжая через южные районы Древней Руси вскоре после нашествия Батыя, передал свои впечатления от увиденного предельно кратко: «Вся земля опустошена монголами».
В русских летописях и других письменных источниках отсутствуют прямые указания на численность татаро-монгольских войск. Но современники хорошо передали ощущение русских людей от бесчисленности врагов, сравнивая их нашествие с космическим или иным стихийным бедствием, противостоять которым людям не дано. Венгерские историки записали, что Батый вторгся в Венгрию, имея 500 000 воинов (более подробно вопрос о численности татаро-монгольских захватчиков был рассмотрен в предыдущей главе).
Перейдем к определению примерного количества воинов, которыми располагали враги Руси на западных рубежах.
В замке Мальборк (по-немецки Мариенбурге), бывшем центре Ливонского ордена, музейные работники рассказали, что по штатному расписанию (было и такое!) число рыцарей ордена не превышало 1000 человек. Новых членов принимали только на вакантные места в случае смерти либо гибели в бою кого-то из братьев.