И теперь, наблюдая за сидящим в стороне юношей, девушка всё яснее понимала, что даже сам её дед, возможно, до конца не осознавал того, насколько необычного человека он помог включить в её отряд.
В этот момент Мин-сок открыл глаза. Спокойно поднялся. Потянулся так, словно находился не в одном из самых опасных мест мира, а на обычной тренировочной площадке Академии. А затем, так же буднично, принялся собирать лагерь. Свернул свой походный матрас. Убрал вещи в пространственный мешочек. Засыпал землёй остатки костра. Проверил оружие.
Ни единого лишнего движения с его стороны не было. Ни тени напряжения. Ни малейшего намёка на гордость после ночного боя. Будто произошедшее не заслуживало даже воспоминания.
Всё это время девушка продолжала смотреть на него. И впервые за долгое время поймала себя на мысли, что не может до конца понять этого человека. Он был слишком спокоен. Слишком собран. Слишком уверен. Но при этом совершенно не стремился производить впечатление. И сейчас, пожалуй, именно это и беспокоило её сильнее всего. Такая сила, не сопровождаемая тщеславием, всегда была самой опасной. И… Самой притягательной.
Когда остальные наконец начали просыпаться, Мин-сок уже стоял у края лагеря и привычно осматривал дорогу впереди. Словно напоминая всем своим видом, что ночь закончилась, а значит пора двигаться дальше. К той самой древней запечатанной области, ради которой, возможно, и стоило пройти весь этот путь.
………
Они двинулись дальше вскоре после того, как лагерь был окончательно собран. Костёр был тщательно затушен, и сама Линь Сюэ это проверила. Следы стоянки, насколько это вообще было возможно в подобном месте, скрыты. Три туши ночных хищников уже покоились в пространственном мешочке внучки Великого старейшины. А сами участники отряда, вновь выстроившись в привычном порядке, продолжили путь по изломанной, словно нарисованной безумным художником земле.
Впереди шёл Мин-сок. Как и прежде, без суеты. Без попыток подчеркнуть свою значимость. Просто спокойно ступая по камням и обломкам древних строений, он время от времени чуть замедлялся, словно прислушиваясь к чему-то, недоступному остальным.
За ним следовала девушка. Её взгляд всё чаще задерживался на спине этого странного юноши. А позади плелись два старших ученика. После ночного происшествия они заметно притихли. И даже если в глубине души каждый из них всё ещё испытывал раздражение или зависть, открыто демонстрировать всё это они уже просто не решались.
Сам мир вокруг становился всё более странным. Дорога, если её вообще можно было так назвать, всё сильнее петляла среди обломков. То они проходили через разрушенные улицы древнего города… То внезапно оказывались среди каменного леса, где стволы деревьев были превращены в кристаллические колонны… То шли по скальному выступу, под которым на невероятной глубине медленно проплывали другие острова, зависшие в воздухе… И всё это пространство было пронизано потоками энергии. Сильными. Древними. Опасными.
Но, как ни странно, Мин-сок чувствовал себя здесь почти так же спокойно, как когда-то в той самой провинциальной школе, откуда пришёл на первые состязания турнира. Даже местное безумие казалось ему не хаотичным, а просто живущим по своим, пока ещё не до конца понятным законам. И именно поэтому он всё чаще замечал то, что остальные просто не видели.
Первую находку они обнаружили ближе к полудню. Вернее, обнаружил её Мин-сок. На первый взгляд это был всего лишь неприметный серый кустик, пробившийся между трещинами в камне. Листья у него были тонкими, словно вырезанными из серебряной фольги. А в центре виднелся единственный тёмно-синий цветок. Мин-сок остановился так резко, что девушка едва не налетела на него. Затем молча присел, и несколько мгновений внимательно рассматривал растение. И только после этого очень аккуратно выкопал его вместе с частью почвы. Когда девушка увидела находку, её глаза расширились.
— Лунный синий колокольчик… — почти шёпотом произнесла она.
Даже в их Великой Академии подобное растение считалось редчайшим ингредиентом. Оно использовалось в нескольких высокоуровневых рецептах пилюль. Его стоимость исчислялась не золотом. За такое растение платили духовными камнями. Причём весьма приличную сумму. В этот момент оба старших ученика моментально оживились, и в их глазах вспыхнул жадный блеск. Один из них даже сделал шаг вперёд и с натянутой улыбкой произнёс: