— Тебе понравилось бы, если б тебя привязали к одной из таких штуковин и пороли кнутом? — спрашивает она.
— Не особо, — ворчу я.
Она хохочет и бредет к высокому черному цилиндру, который оказывается бушелем с хлыстами и кнутами. Один из них она вынимает и рассекает им воздух. Из-за свистящего звука волосы у меня на затылке встают дыбом. В качестве эксперимента она хлещет кнутом по красной стене. Шлеп. Она мягко хмыкает.
— О, мастер, — издает она громкий стон. — Пожалуйста, еще.
— Хватит валять дурака, — шиплю я.
— Я и не валяю, — протестует она. — Мы изображаем посетителей. По крайней мере, до тех пор, пока я не включу запись.
— Так включай уже, — огрызаюсь я и сажусь напротив очередной выставки девайсов: колец и веревок, и резиновых членов. Пора начинать подготовку. Вкручиваю глушитель в девятимиллиметровый «глок», распихиваю удавку и лезвия по телу.
— Проблема, — спустя минуты полторы говорит Вагнер. Когда я поднимаю взгляд, она прокручивает экран мобильника.
— Что?
Она колеблется.
Я не отступаюсь.
— Что?
— Подружка. Кейт.
Сердцебиение ускоряется.
— Что?
— Она здесь с ним.
Сердце будто стискивают в кулак. Не потому что задание стало в десять раз сложнее. Зачеркните — в сто раз сложнее. И не потому что разведка ошиблась в таком значительном моменте.
Нет, все гораздо запутаннее.
Меня бесит тот факт, что Кит находится с ним в подобном месте.
Мне было интересно, вместе они или нет. Богу известно, я приложил достаточно усилий, чтоб этого не представлять.
А теперь Кит здесь с Ползиным? Играет с ним в сексуальные игры? Воображаю, что Кит, как хищная птица, смотрит на него сверху вниз, выражение лица наполнено суровым влечением. Бледная кожа. Светлые волосы. Резкие приказы аристократическим тоном: «Расправь плечи. Подними подбородок. Раздвинь бедра».
Ползин не смог бы устоять… Как бы он смог? Манера Кита смотреть. Его янтарные глаза. Как он стоит.
Или Ползин управляет Китом?
«Ползин — известный садист».
Резко втягиваю воздух. Кожа под жилетом становится липкой. Нет, Кит такое не одобрил бы, да?
— О чем задумался? — интересуется Вагнер. — Отменяем?
Хмурюсь и запихиваю длинное лезвие в вертикальный карман сбоку на голени.
— В этом нет смысла, — шепчу я, просто чтоб хоть что-нибудь сказать. — Вам была известна его схема. Он должен был приехать с сабой, которую подобрал по пути. Такая была информация. Они вместе с сабой одни в комнате. И несколько охранников в коридоре.
— Саба там, но они не одни. Подружка тоже там. Не знаю, может, она приревновала или что-то наподобие.
Киваю.
«Черт».
Она делает в моем направлении несколько шагов.
— О чем ты думаешь, Уилл?
Сказать по правде, я вообще не думаю.
— Может, он связал обеих? — размышляет она, чем совершенно не помогает. — В любом случае, им ни до чего не будет дела.
Качаю головой.
— Кейт очень…
Вагнер терпеливо ждет окончания предложения. Стоит рассказать ей о Кейт. О Ките.
— Она очень проницательна, — в конце концов, выдаю я.
— Давай все отменим?
Тру лоб, воображение рисует обгоревшие скрюченные тела в разбомбленном грузовике. Мои парни. Они мне доверяли. Это меня должно было разорвать на куски. Я вынудил двенадцать человек остаться на месте. Чтоб в опасности был только я. И их всех убили.
Ползин нас продал. Но там, в том районе, именно мой выбор их погубил.
— Нет, — мягко говорю я. — Он должен умереть. Сегодня.
— Ну, ладно. — Она протягивает руку, и я ее принимаю. С ухмылкой на лице она поднимает меня на ноги. — Круто выглядишь. Вот и все.
Улыбаюсь.
— Слишком круто для таких, как ты, агент Вагнер.
Она фыркает и меня отпускает. На столе в центре комнаты она подключает «айпод» к цилиндрическому динамику и врубает саундтрек из громких стонов и бормотаний. Я прячу лезвие в наружный кармашек перчаток без пальцев, потом проверяю патронник и пихаю пистолет во внутренний карман варварского порножилета. В таком прикиде мужчине умирать не стоит.