— Почему?
— А сам как думаешь? — интересуется она. — Он извращенец.
В горло будто напихали камней.
— Откуда вам знать? — еле слышно задаю я вопрос.
Она возвращается к «айпаду», прокручивает экран и протягивает мне.
— Я даже готова поспорить. За вот это он и взял награду.
От невероятно сложной картины захватывает дух. Обнаженный парень прикован цепью к скалам и лежит на спине. Из-за пут его огромное, мускулистое тело напряжено, а набухший член примостился на бедре. На теле следы насилия — синяки и отметины от кнута — он сломлен, печален. На него взгромоздилась огромная птица, вроде бы орел, острые как бритва когти впиваются в живот. Взгляд у птицы пристальный, хищный и янтарный. Напоминает мне Кита.
Ищу страницу с информацией. Картина называется «Прометей Прикованный8».
Глава 15
Кит
Лондон
В течение следующих нескольких дней после фиаско в «Клетке» Ползин невыносим. Он понижает Дмитрия и ставит над ним двух новеньких парней. Глеба с каким-то другим заданием отправляют на родину. Что же до меня, то моя позиция не изменилась. Я хотя бы сумел спасти ситуацию. Но, похоже, он уже не уверен во мне так, как раньше.
Еще он стал одержим идеей убрать Неро. Ему удалось разузнать, кто приходил за ним в «Клетку», но, к счастью, он не сумел его связать с моим предполагаемым бывшим парнем из Нью-Йорка. К моему большому облегчению, заверения сотрудников «Клетки», что в игровых комнатах камеры слежения не работают, оказываются правдой. Камера смогла уловить Уилла лишь на входе и выходе из здания. И ни одного изображения с его лицом. Каким-то образом безо всякой ловкости он постоянно умудряется оказаться вне поля зрения или смотрит в сторону.
А вот женщине не так повезло. Ползин быстро идентифицирует ее как агента Тарин Вагнер из ЦРУ и приходит к выводу, что этот выпад финансируется американским правительством. Надо сказать Арчи, чтоб встретился с тем ЦРУшником по вопросу отстранения Вагнер от дела.
— Ты должен его нейтрализовать, — говорит Ползин. Ему делают массаж, поэтому он смотрит в пол, голова благодаря отверстию для лица в массажном столе неподвижна. Массажист, огромный турок, обрабатывает его спину так рьяно, что я вздрагиваю. — Я тебя понимаю. Судя по твоим же словам, ты лучший, — продолжает он. — Так почему американец до сих пор разгуливает живым, а?
Я рад, что он на меня не смотрит, рад, что не приходится переживать о выражении лица, только о тембре голоса.
Терпеливо отвечаю:
— Как я уже говорил, мы работаем над его идентификацией. Но судя по тому, что он на днях мне рассказал, я не сомневаюсь в двух моментах. Во-первых, он бывший военный. И, во-вторых, с его стороны это дело личное. Так скажи мне: ты можешь припомнить американских военных, которые могли бы испытывать к тебе недобрые чувства?
Он матерится по-русски. Злобно.
— Сколько ему лет?
Подавляю вздох. Уже раз десять я называл возраст.
— Полагаю, лет тридцать. Готов поспорить: раньше он был каким-то командиром. Своего рода лидером... Но он потерял своих солдат. Кажется, два-три года назад. — Замолкаю. — Что-нибудь подпадает под эту категорию?
Несколько минут он молчит. Начинаю задумываться, не уснул ли он. Как вдруг он ерзает и по-русски приказывает здоровяку свалить.
— Ну?
Он соскакивает со стола и тянется за халатом. Сергею Ползину прилично за шестьдесят, у него коренастое, бочкообразное тело, сильные ноги и поросль серебристых волосков на груди. Баки тоже серебристые, но остальные волосы невероятно черные. В общем, он похож на неуклюжего, но результативного медведя.
Ползин, пока массажист собирается, проходит к холодильнику в другом конце комнаты. Он вытаскивает бутылку охлажденной водки «Зубровка», от души наливает в стакан и тут же опрокидывает, потом наливает в стакан побольше и убирает бутылку. Мне выпить не предлагает. Вот такой он невоспитанный.
Как только дверь за массажистом захлопывается, Ползин говорит:
— Несколько лет назад произошел инцидент. Неминуемый. — Он бегло на меня взглядывает, акульи глаза смотрят спокойно.
Сохраняю нейтральное выражение на лице.
— Х-м-м. И что же случилось?
Ползин усаживается на стоящий посреди комнаты огромный кожаный диван и отпивает водки.
— Знаешь мой новый летний дом на Черном море?