Да, авантюра рискованная.
Но я должен попробовать.
К счастью для меня, информацию об альтер-эго Кита, Кристофере Шеридане, можно найти по всему интернету. Получив диплом в области изобразительного искусства, он изучал живопись в Королевском колледже искусств, позже работал и выставлялся вместе с группой художников, известных как коллектив «Стрейхорн», а после из-за разногласий сотрудничество прекратил.
В возрасте двадцати четырех лет у него прошла первая персональная выставка и вытолкнула его в центр всеобщего внимания, к нему начали проявлять интерес критики, а цены на его работы взлетели до небес. Далее последовали еще два шоу, на последнем была выставлена картина, которую показывала Вагнер.
В интернете нашлись фотографии последней экспозиции. Я долго изучал и увеличивал снимки, чтоб получше рассмотреть картины Кита. Мне мало что известно об искусстве, но эти картины мне приглянулись. Как говорится в рецензии, речь идет о мифах. Тематика какая-то старомодная, но есть нечто новое и убедительное в смелых линиях, напряженных мышцах, диких животных со свирепыми глазами. В них, как и в самом Ките, есть сила и яркий блеск. Неудивительно, что он — сенсация. Точнее был сенсацией.
Экспозиция проходила три года назад. С тех пор тишина.
Я не жду, что Рейнольдс запросто сдаст мне местоположение Кита. Но вдруг он что-нибудь да выболтает старому другу Кита.
Замечаю его, когда из-за угла он выворачивает на улицу, где я припарковался. В руке у него пакет с продуктами, а на поводке маленькая собачка — судя по внешнему виду, джек-рассел-терьер. Он слегка, но заметно хромает. Кажется, застарелая травма.
Он заходит внутрь. Выжидаю десять минут, потом подхожу к двери, хватаюсь за медный молоток и дважды стучу. Лает собака, и, в конце концов, выходит Рейнольдс.
На мне надеты простой черный пиджак и темные джинсы с белой футболкой — судя по фоткам, именно такой прикид носят мужчины-художники. Еще я натянул темную вязаную шапочку — некоторые парни их носили — но снимаю ее в момент появления Арчи, кручу в руках и представляюсь как Генри Дьюсбери. Дьюсбери был в коллективе, но на фотках я его не увидел. Ставлю на то, что Рейнольдс не осведомлен о друзьях Кита того времени.
— Мы с Кристофером раньше занимали одну студию, — поясняю я. — Иногда он о вас рассказывал.
Рейнольдс слегка склоняет голову.
— Американец. — Сейчас полдень, но от него несет перегаром.
Смущенно улыбаюсь.
— Ничего не могу с этим поделать. — Я не стал бы менять акцент. Думаю, Кит сумел бы идеально сымитировать десятки акцентов.
Он долго меня разглядывает, потом, к моему удивлению, пожимает плечами, приглашает войти и, проводя меня в дом, даже поворачивается спиной.
Следую за ним по узкому роскошному коридору, отделанному резной отполированной древесиной, кожей и латунными штуковинами. Он показывает мне вычурную комнату, у которой наверняка есть специальное название типа кабинета или гостиной, или салона. А, может, это библиотека. Книг здесь полно, в этом сомнений нет, к тому же целая куча деревянной мебели. Стол в углу. Огромный глобус с содержимым в виде бутылок с алкоголем.
Он его открывает, и раздается позвякивание стекла.
— Виски?
Улыбаюсь. Мужичок немного пьян?
— Почему бы и нет?
Он вынимает бутылку дорогого на вид скотча, наливает в тяжелый хрустальный бокал и протягивает мне. Отпиваю. Напиток дымный. Сомнительный.
— Значит, — говорит Рейнольдс и, убрав бутылку, закрывает глобус, — вы ищите моего крестника.
— У меня осталось несколько его работ, — откликаюсь я. — А поскольку я съезжаю, нужно их вернуть, но никто не знает, где он. — Натянуто улыбаюсь, чувствую себя тупой фальшивкой. — Наверно, вас не удивляет. В последнее время его нереально... поймать.
Рейнольдс склоняет голову и глядит на меня. Он что-то подозревает?
— И вы выследили меня. — Он слегка улыбается. — Как вам удалось?
Лицо пылает.
— Кристофер... э-э... как-то просил кое-что сюда отправить. У меня сохранился адрес, поэтому я решил заскочить и выяснить новый адрес.
Рейнольдс вздергивает бровь.
— Как вы, должно быть, знаете, Кристофер очень оберегает свою личную жизнь. Думаю, вы понимаете, что я не могу раздавать его адрес всем приходящим.