Я посмотрел в окно на стремительно набегающие сумерки.
— Честно? Нет, — ответил я. — Но другого выхода у нас просто нет.
— Я тебя понял, — коротко отозвался он, и связь прервалась
«Чтобы победить, нужны ресурсы, и пришло время выбросить главный козырь на стол.»
За разбором докладов пролетело всё время пути. Пришла информация о странных «телодвижениях» в Зимнем, а также о подозрительной активизации гвардий Оболенских, Столыпиных и Разумовских. Эти роды редко поднимали щиты одновременно, и их движение сейчас пахло большой грозой.
Оторвавшись от бумаг, я посмотрел в окно. Внизу, в темноте северной ночи, рассыпались огни Архангельска. Это был не просто город, где располагалась наша главная усадьба — это была наша родовая территория, каждый камень которой был пропитан магией Юсуповых. Здесь я был не просто наследником, здесь я был дома. И здесь наша сила достигала своего пика.
Едва «Император» коснулся дороги, я почувствовал вибрацию родной земли. Вдалеке благодаря духовному зрению виднелся мощный источник созданный Феликсом. Очередной козырь запечатанный, скрытый глубоко под скалами.
Во дворе меня встречал не только правая рука отца, троюродный дядя Илья, но и полковник службы безопасности рода — хмурый человек со шрамом через всю щеку.
— Алексей Сергеевич, — он коротко козырнул. — Гвардия переведена на высший уровень готовности. Морозовы выставили заслоны на дорогах к югу, официально — «учения». Но мы-то понимаем.
— Пусть играют в свои игры, — отрезал я, направляясь к Усадьбе.— Илья, ты подготовил то, о чем я просил? Регалии.
Дядя нахмурился, едва поспевая за моим стремительным шагом.
— Да, но… Алексей, доступ к ним имеет только действующий глава рода. Пока церемония не завершена, защита тебя просто испепелит.
Я остановился и посмотрел на него. В моих глазах на мгновение вспыхнуло золотое сияние, смешанное с непроглядной тьмой. Моя истинная аура вырвалась накрывая округу.
— У нас нет времени на формальности. Завтра я приму титул, главенство и регалии. Нужно подготовить родителей к погребению — и переведя взгляд на полковника, продолжил.— Готовьтесь использовать «Шторм».
Я направился дальше, опять подавив пышущию силой ауру, не заметив мимолетный пурпурный блик. Я знал, что где-то там, в Зимнем, кто-то сейчас тоже смотрит на доклады, пытаясь понять, что происходит.
Мой путь лежал в самое сердце усадьбы — туда, где я мог выиграть время. Скомпенсировать нехватку грубой силы я был способен, а вот её качество — нет, и лишние две недели подготовки вряд ли стали бы лишними.
Привычным маршрутом я спустился на третий подземный ярус. Система безопасности, подтвердив мой статус, бесшумно пропустила меня вперёд. Активировав защиту души, я коснулся кристаллического монолита и в мгновение ока переместился на бескрайний зелёный луг тренировочного измерения.
— Приветствую, молодой господин Алексей, — раздался бесстрастный голос хранителя.
— Активируй тренировочный массив, — приказал я. — Противник тот же. В случае моей победы выводи следующего по списку. При проигрыше — повтор до победного. После первой победы — ещё десять закрепляющих боёв, если не будет иных команд.
— Принято.
Вокруг меня тут же материализовалась арена. Напротив, словно соткавшись из воздуха, появился воин в простых одеждах с копьём в руках. Аура, которая когда-то казалась мне сокрушительной, теперь не оказывала на меня никакого давления. Напротив — я сам высвободил силу, подавляя противника.
— А ты подрос, мальчишка, — произнёс фантом сухим, безжизненным голосом.
— Покажи всё, на что ты способен, брат, — ответил я, чувствуя, как в ладонях материализуются рукояти двух мечей.
— Всё такой же наглый...
Он рванул на меня. То, что раньше казалось запредельно быстрым, теперь выглядело медлительными потугами. Воин сделал обманный финт, я чуть отступил, смещая центр тяжести. За первым выпадом последовал второй, но на долю секунды противник потерял равновесие: его ведущая нога попала в едва заметную неровность почвы. Мне не нужно было ничего придумывать — я просто опустил меч, одним коротким движением отсекая ему голову.
Арена обновилась, и напротив возник следующий противник. Он замер в церемониальном жесте, соединив сжатый кулак с раскрытой ладонью под острым углом. Я ответил ему тем же: вонзил мечи в песок и склонился в ответном поклоне — ровно в той степени, какая подобает равному в восточной культуре, чьи традиции копировал этот жест.
Стоило мне вновь подхватить клинки, как само пространство за спиной дрогнуло. Противник исчез, мгновенно проявившись сзади с кинжалом, нацеленным в мою шею. Взмах меча, резкий скрежет — и фантом рассыпался искрами, а из невидимости выпал настоящий боец, чей коварный выпад я только что заблокировал. Он попытался уйти перекатом, но мой второй меч оказался быстрее, пронзив его насквозь. В последний миг враг успел выпустить отравленную иглу, но я перехватил её Волей, едва та коснулась воздуха.