Спасибо, что вы со мной. Пусть этот праздник принесёт вам тепло, радость и волшебство!
Глава 6: Начало Академии
Морозовы
Пётр Морозов сидел в рабочем кабинете, медленно вращая чашку в ладонях. Пар от чая — алхимического коктейля, ускоряющего подготовку к прорыву, — поднимался тонкой, почти незаметной струёй. По сложившейся за десятилетия традиции утро он начинал с отчётов: цифры, тенденции, прогнозы. Мир мог рушиться, столицы — гореть, но цифры всегда говорили правду.
Планируемый объём поступлений от вассалов за квартал снизился на тридцать три процента.
Катаклизм ударил мощно и безжалостно.
Плановая операционная прибыль — минус сорок процентов.
Пётр отметил это без эмоций. Потери были неприятными, но не смертельными. Вливание дополнительных средств, перераспределение резервов, временное ужесточение условий — и через три недели род выйдет на прежние показатели. Это было уже не раз. Морозовы умели падать и подниматься.
Следующие страницы отчёта он пролистывал быстрее: данные по другим княжеским родам, их текущие позиции, глубина урона, скорость восстановления. Где-то падали быстрее, где-то — медленнее. Ничего неожиданного. Потом его взгляд зацепился за следующий раздел.
Элитная вечеринка, прошедшая ночью.
Пётр задержался на этом разделе. Именно здесь, среди внешне светских мелочей, чаще всего и прятались угрозы. Первым пунктом значилось публичное подтверждение отношений между наследником Столыпиных и внучкой князя Разумовского. Он усмехнулся одними уголками губ.
— Слишком большие силы соединяются, — мелькнула мысль. — Потенциально это может быть опасно.
Но настоящая остановка взгляда произошла строкой ниже.
Алексей Юсупов и София Воронцова.
На первый взгляд — ничем не примечательная пара. Если не знать, что скрывается за фамилией Воронцовых.
Пётр откинулся в кресле, сцепив пальцы. Род Воронцовых обладал колоссальным влиянием в Министерстве торговли и промышленности, особенно в сфере алхимии. Их цепочки поставок, лицензии, эксклюзивные контракты. Кроме того, Воронцовы были тесно связаны с Оболенскими и имели устойчивый, положительный опыт взаимодействия с Шереметьевыми.
Юсуповы же…
Его взгляд мгновенно похолодел. Сила, что сдерживалась до этого, вырвалась наружу и начала медленно разрушать стол из железного дерева королевского ранга. В памяти всплыл Алексей — этот наглый щенок, мерзкое отродье Феликса, убивший Илью. Он унаследовал от деда ту же дерзость и талант, но к счастью, не перенял ни его жестокости, ни острого, как бритва, ума.
От одной мысли об этом Пётр невольно поёжился. Это привело его в чувство, и он наконец взял энергию под контроль. Вернувшись к отчёту, он продолжил ход мыслей.
Юсуповы до сих пор сохраняли связи с Разумовскими, имели прочные позиции в военном министерстве и, что куда важнее, сохранили часть наследия Феликса, включая нити, ведущие к Шуйским. Хозяевам Сибири, Желтороссии и значительной части китайских провинций.
После падения Хозяина Шуйские начали терять позиции, вылетели из первой десятки княжеских родов, остановившись где-то в районе пятнадцатого места. Но Пётр прекрасно знал: их главный ресурс был не в рейтингах.
Высокоуровневые естественные ресурсы и исключительно качественное алхимическое производство.
Даже после падения Юсуповых доступ к этим ресурсам оставался почти невозможным. Род был избирателен до предела. Эксклюзивные квоты — единичны.
И Воронцовы были одними из немногих, кто ими обладал.
Пётр опустил взгляд ниже, возвращаясь к описанию вечера, и остановился.
Ожерелье на Софии. Это была работа Карла Фаберже.
Такое украшение не дарят из прихоти. И не надевают случайно. Оно могло оказаться у неё в руках лишь в одном случае.
Это был не флирт или юношеское увлечение.
Это был союз.
Минимум — политический. А максимум… Пётр не стал додумывать.
— Опасно, — решил он окончательно. — И слишком рано.
Он поднял руку, и волна мыслеречи ушла вглубь поместья. «Владимир. Зайди ко мне. С Михаилом.» Ответ пришёл почти мгновенно.
Через десять минут дверь кабинета бесшумно открылась. Вошли двое.
Владимир Ледов — глава службы безопасности рода. На вид ему около тридцати, телосложение опытного бойца, идеальная осанка. Его взгляд был холоден и пуст, как гладь зимнего озера. Он происходил из младшей ветви Морозовых, отделившейся полвека назад, и давно доказал свою полезность.
Рядом с ним стоял Михаил Морозов — младший сын Петра и нынешний наследник рода. Талантливый воин, но не гений. До второго круга боёв он дошёл уверенно, но там уступил будущему цесаревичу.