— Что-то не так? — обеспокоено спросила Соня, когда мы остановились и ничего не происходило уже некоторое время.
— Такому бриллианту нужно соответствующее появление, поэтому подожди немного, — произнес я, обернувшись еще раз, любуясь ей.
Финальная проверка того, что все удастся, была сделана, и можно приступать к финальной реализации. Усилие Воли — и пространство разрывается трещиной, рождая портал к острову.
— Все готово, наше появление будет запоминающимся.
— Мне кажется, в последнее время ты слишком сильно напираешь на пафосные появления, — ткнув меня, отметила Соня.
— Разве что совсем немного, — задумавшись, ответил я.
Когда мы ступили на плиты террасы, освещенные лишь магическими лотосами, разговоры стихли. В воздухе еще витали остатки от толстой огненной молнии, что предшествовала нашему появлению. Я убрал все остаточные следы и снял укрывавший нас щит.
— Умеешь же ты мощно появиться, Лех, но это был мой трюк, — произнес Александр, и тут его взгляд обратился на ожерелье. — Это же…
— Да, Карл Фаберже. Просто небольшой подарок Соне.
Леонид, только что что-то доказывавший Виктору, замер. Его взгляд приковало ожерелье. Лёня не был знатоком ювелирных артефактов, но даже он знал, кто такой Карл Фаберже. Он знал примерные цены на такие вещи, и в его глазах отразился немой вопрос: «Лёха, сколько же ты на самом деле стоишь, если даришь такой «небольшой подарок»?»
Александр медленно поднялся с кресла. Его взгляд, наметанный на оценку антиквариата и родовых реликвий, мгновенно вычленил суть.
— Работа Фаберже, бледное золото и огненный опал высшей категории… — негромко произнес Александр, и в его голосе впервые прозвучала нотка истинного изумления. — Алексей, я знал, что Юсуповы богаты, но этот небольшой подарок… это «немного» больше, чем просто и чем небольшой.
— Деньги — это лишь инструмент, — спокойно ответил я, подводя Соню к столу. — А Соня — это та, ради кого стоит этот инструмент использовать.
Я отдал приказ, и тарталетки с бокалами плавно вылетели к нам. Следом ведерко с шампанским перенес к себе и, поставив его на стол, взял со льда запотевшую бутылку «Гранд Кюве Диаманд».
— Присаживайтесь, друзья. Ночь только начинается.
— Гранд Кюве Диаманд? Неплохо живется обладателям островных дворцов, — заметил Александр, увидев бутылку.
— Как и их приближенным, — произнес я, открыв шампанское. Разлив его по бокалам, я произнес тост. — Пусть наша жизнь в академии будет столь же хороша, как это шампанское. Выпьем за безоблачное будущее.
— За будущее! — повторили все, и раздался звон бокалов.
Вино действительно было великолепным. Даже Леонид, до этого момента пребывавший в состоянии легкого шока, после пары глотков заметно расслабился. Духовная энергия «Диаманда» мягко латала его энергетические каналы, измотанные дневными тренировками.
— Знаешь, — подал голос Виктор, задумчиво вращая бокал и наблюдая, как в золотистой жидкости играют блики от магических лотосов. — В этом городе многие мечтают о такой жизни. Но большинство ломается на первом же этапе, когда сталкивается с реальностью «Белого города». А ты, Алексей, за один день перешагнул через пропасть, на преодоление которой у других уходят годы.
— Именно поэтому тебя завтра попытаются «осадить», — вставил Александр, его голос стал серьезнее. — Полет в городе — лишь предлог. Волков — цепной пес одной из старых групп. Твой желто-белый статус и особняк на острове Синих — это вызов всей иерархии. Если ты проиграешь или хотя бы позволишь ему затянуть бой, они поймут, что ты «бумажный тигр».
Соня, сидевшая рядом со мной, невольно сжала мою ладонь. Огненный опал на ее шее на мгновение вспыхнул ярче, отражая ее внутреннее волнение.
— Волков… — я произнес это имя так, словно пробовал на вкус дешевое вино. — Он мастер меча, говоришь?
— Один из лучших на своем ранге, — подтвердил Виктор. — Его стиль «Ледяного клыка» основан на точечных уколах и замедлении реакции противника. Он будет пытаться превратить твой Покров в хрупкую корку льда.
Я слегка улыбнулся, глядя на темную гладь моря за пределами купола. После бесконечных сражений в Башне, где Тени не знали усталости и милосердия, техника Волкова казалась мне детской игрой с сосульками.
— Пусть пытается, — спокойно ответил я. — Завтра я не просто приму вызов. Я покажу Академии, что правила действительно можно оспаривать, если твоя Воля тверже стали.
— Кстати, о правилах, — Леонид наконец обрел дар речи. — Ты серьезно сказал тому придурку в комнате, что убьешь его? В Академии же и правда запрещены убийства вне смертельных дуэлей.