– Алиса, старушка, да ты работать можешь. Почему ты не трудишься здесь и не зарабатываешь на свое содержание? – сказал он. – А ведь я слышал…
– Матильда рассказала. Не знаю, с чего вы это взяли. Я ложилась в больницу всего на несколько недель. Хотя так мне и надо за то, что не поддерживала отношений со старыми друзьями. Как поживаешь, Уилл? Прекрасно выглядишь. Странно, что ты все еще здесь.
Таунби улыбнулся:
– Все еще не могу оплатить счета, Алиса. И полагаю, никогда не смогу. Но мне нравится мое королевское положение: самая лучшая палата, прекрасный вид. Переезжай ко мне. – Он наклонился к ней, и я на мгновение напрягся. – У тебя есть дружок? – спросил он театральным шепотом.
– Уже давно нет, – ответила она. – Сказать по права де, именно поэтому я так давно не приезжала. Думала, будет слишком много воспоминаний, но теперь все в порядке. А кто еще здесь, кого я знала?
– Думаю, несколько человек с кухни, – ответил Таунби. – И еще есть Томми Моррелл.
– Я видела его в общей палата. Боюсь, сегодня у него неудачный день.
Таунби минуту подумал.
– Думаю, это все, Алиса Томми и я. А все остальные прибыли сравнительно недавно – для тебя, по крайней мере.
– Но некоторые из них знамениты, – радостно сказала она. – Я читала, что у вас тут есть женщина, которая пыталась застрелить кого-то.
– Точно, Лиза Анатоль, она попала в новости и теперь снова с нами. Ты ее не знала. Была еще бедняжка Хелен, но она попала в беду.
– Очень грустно, – сказала Алиса. – А как врачи? Есть кто-то из старых знакомых?
– Есть Доддс, – злорадно сказал Таунби. – Но он сейчас в отпуске. Осталась еще парочка врачей, которых ты знала, но они больше не принимают пациентов.
– Но я слышала, ты сам работал здесь, Уилл?
– Так мне говорят, Алиса. Я этого не помню. Полагаю, именно поэтому я и здесь.
– Но, Уилли, это же не душевное расстройство. Я и сама иногда забываю целые дни, – сказала Алиса, похлопав Таунби по руке. – И уж точно забыла многое об этом месте.
– Что ж, тогда надо почаще приезжать, – сказал Таунби. – Вдруг сможешь освежить мою память. Тебя я вспомнил без малейшего труда.
– А я и собираюсь скоро приехать, Уилл. Я собираюсь часто вас навещать. И кстати, приеду завтра и устрою праздник. Завтра мой день рождения, Уилл, и я собираюсь привезти большой пирог, – сказала она.
Мы договорились об этом до приезда. Мы хотели, чтобы в «Мортон Грейвз» все точно знали, когда снова увидят Алису. Цель сегодняшнего визита состояла в том, чтобы все ее увидели и поняли, что она жива и здорова.
Когда прогулка по больнице уже близилась к завершению, Алиса заметила:
– А где же эта молодая леди, которая стреляла в газетчика, Мэтти? Я умираю от любопытства.
– В последнем крыле, Алиса, в общей палате. Только не смотри на нее слишком пристально. Бедняжка! Маленькая блондинка, самая маленькая в комнате – это будет она. И самая красивая. В последние пару дней ей стало лучше. Может, с ней удастся поболтать, но я не буду представлять вас друг другу, – сказала Матильда. – Не стану же я говорить: «Вот та самая сумасшедшая преступница, о которой ты спрашивала!»
– Я просто хочу, взглянуть на нее, и все. Я буду хорошо себя вести.
– И кстати, в той палате должен дежурить Джо Арнольд. Помнишь его? Наш лучший санитар.
Тут мы завернули за угол и вошли в палату, где находились с десяток пациентов и двое санитаров. Я тотчас узнал Лизу Анатоль. Она с удобством расположилась у окна с газетой на коленях и огрызком карандаша в руке. Сначала она не обратила на нас внимания, но, когда Матильда назвала имя Алисы, обращаясь к Джо, Лиза резко подняла голову. Она секунду смотрела на Алису и даже, казалось, чуть приподнялась со стула, но потом опять села и возобновила чтение. Я быстро прошел по палате, словно был сам по себе, и вышел в противоположную дверь. Судя по всему, Лиза меня не заметила.
Прошло пять минут, прежде чем Матильда и Алиса вышли в коридор. Я последовал за ними, пока они продолжали обход. Нашей последней остановкой была кухня, где Алиса узнала двоих поваров и коротко побеседовала с ними. Потом мы вернулись в холл, где женщины распрощались. К тому времени, как мы дошли до машины, я понял, что Алиса больше не чувствует себя хорошо. Она с моей помощью заняла свое место, смогла выпрямиться и махать рукой, пока я обогнул машину и занял водительское место, но вблизи ее улыбка была настоящей гримасой. Когда мы поехали, Адриана быстро ввела ей в вену морфий.
– Мне это действительно необходимо, – сказала та с благодарностью. – Я не люблю пропускать дозу.
– Как вы себя чувствуете, Алиса? – спросила Адриана.