И все же… Проклиная собственное сочувствие, Вандиен довел мысль до конца. Какое предательство, должно быть, испытывает Чесс, обнаружив, что его “спаситель” был зверем, питавшимся плотью живых существ? Какую антипатию должна испытывать Джейс к нему и другим обитателям этого мира, настолько опустившимся, что обратились против собственных детей? От лихорадочного круговорота собственных мыслей у него закружилась голова, когда он принимал обе стороны против себя. Он жалел, что прошлой ночью не выпил меньше Элис, или что сейчас ему нечем себя накачать. Он задыхался в этой темноте и жаре. Он уже собирался придумать вежливый способ уйти, когда почувствовал прикосновение к своему предплечью, легкое, как лунный свет. Он повернул голову.
Джейс опустилась на колени рядом с ним. Ее светлые волосы ниспадали, как шелковая вуаль. Ее голова была склонена, и колышущиеся волосы скрывали его от ее сияющих глаз. Ее длинные пальцы были теплыми там, где они лежали на его руке, но каким-то образом они уменьшали дискомфорт в курятнике.
- Чесс спит.
- О. - Он почувствовал ее попытку примерения.
- Ты когда-нибудь собирал грибы, человек горячего света? Они есть по эту сторону?
- Когда я был мальчиком, я так и делал. Я мало что помню из этого, кроме спокойствия очень раннего утра в сумрачном лесу, с корзинкой в руке и того, что в тот момент я был наравне с другими мальчиками во владениях моей семьи. А что? Ты хотела, чтобы я принес грибы? Солнце для них сейчас слишком высоко, а погода этим летом слишком жаркая и сухая.
- Нет, - вздохнула Джейс, и Вандиен услышал нотки юмора и теплоты. - Я пыталась найти основу для взаимопонимания. Вот что пришло мне в голову. У меня на родине мы собираем оранжевую крынку.
- Как и мы здесь. - Вандиен почувствовал необъяснимое удовольствие, узнав название из своего детства. - Если почесать жабры, выделяется молочная жидкость. Это один из способов узнать их.
- Да. Превосходная еда. У вас здесь тоже есть “Обманщик дураков”? - Вандиен покачал головой в темноте, но она уловила его ответ.
- Ну, у нас есть. У него тоже из жабр потечет молочная жидкость, если поцарапать. У него тоже оранжево-зеленая пестрая шляпка, не хватает только оранжевого кружочка внутри срезанной ножки, чтобы быть двойником оранжевой крынки.
У Вандиена снова разболелась голова. Урок микологии казался ему сейчас неважным, разве что интересным сравнением того, что может быть общего у родственных миров. Он пошевелился от ее прикосновения; давление ее пальцев слегка усилилось.
- Я не умею облекать мысли в слова. Мы с Чессом живем одни на ферме. Для таких близких людей, как мы, слова и объяснения не часто нужны. Мы так часто бываем друг с другом, что я могу рассказать тебе о происхождении каждой мысли в его голове. Или могла раньше. - Джейс вздохнула, и Вандиен ожидал, что она замолчит и отойдет от него. Но она прочистила горло и продолжила. - В моем мире есть два вида грибов, очень похожих по форме. Один из них - наслаждение для вкуса, еда, которую можно найти, когда другие не годятся. Другие встречаются реже и также услаждают язык, пока их медленные яды не начнут свою коварную работу. И все же я не прекращаю собирать первые из них из страха перед вторыми. Я просто помню, что нужно быть осторожной. Я также не думаю хуже о хорошем грибе, потому что тот, который имитирует его, вреден.
- Твои слова ведут тебя к твоему смыслу очень окольным путем.
- Ты прав. Я скажу это просто. Я не буду судить тебя по злу твоих товарищей. Но я также не отброшу осторожность, которая, как мне кажется, здесь необходима. Я буду хранить ее как плащ, который защитит меня, пока я не окажусь в безопасности дома.
- Это было бы мудро, - из какого мира пришла эта взрослая женщина, что она так тщательно излагает ему урок, известный самому маленькому уличному ребенку? Он подумал о Ки в таком месте и покачал головой. Сколько прошло времени, прежде чем она поняла, что ее одурачили, и вернулась к Вратам?
Прохладные пальцы Джейс все еще лежали на его руке. Он на мгновение накрыл их своей мозолистой рукой. Она отдернула их, как будто даже этого дружеского похлопывания следовало опасаться. Вандиен не мог винить ее.
- Сейчас отдохни, - посоветовал он ей. - С наступлением темноты я хочу снова попробовать пройти через Врата Лимбрета. Как ты думаешь, кто-нибудь когда-нибудь пробивал проход? Я имею в виду, без того, чтобы кто-то другой пришел и поменялся местами.