— Нет. У всех одни и те же признаки. Разница между всеми не больше 10 минут, — скорбно ответила женщина, на лице которой казалось, прибавилось несколько морщин.
— Итак. Значит, всего осталось 4 человека, — задумчиво произнёс Вирит. — Думаю, пришло время говорить начистоту. Но сначала надо кое-что прояснить, вы узнаёте подчерк? — спросил капитан, протягивая письмо директору. Тот покачал головой и вернул его назад. После чего его взяла замдиректора, после чего передала ученикам.
— Похоже на подчерк Жанны. Но я не уверен, — произнёс Маркус, внимательно прочитав письмо и передавая его Мари.
— Да. Это точно подчерк Жанны. Она всегда делала закорючку в конце предложения, — с трудом сумев сфокусировать взгляд, произнесла печальным голосом Мари.
Глава 7: Догадка. Часть 2
— Хорошо, раз с письмом разобрались, то тогда я задам следующий вопрос. Что вы делали в течение последнего часа? И есть ли у этого свидетели? — чёрт. Жанна? А что тогда по поводу двух юношей, которые умерли самыми первыми? Причем здесь они? Значит, Жанна что-то знала? Вирит ни черта не понимал. Как связаны все эти жертвы? Кто виновен и есть ли он среди собравшихся?
— Нас в чем-то подозревают? — спросила Эмили.
— Не совсем. Произошёл ряд событий, участниками которых прямо или косвенно является каждый. Однако чтобы составить картину полностью, то есть целиком, мне нужно, знать всю информацию. Возможно, вы кого-то видели или что-то знаете. Вам эта информация может показаться несущественной, так как ваша картина не полная, в отличие от моей, — лаконично ответил Вирит.
— После окончания урока, во время перерыва я находилась со своими подругами: Сарой и Мишель, можете спросить их, — нехотя ответила Эмили. И хотя она имела полное право молчать, она ни в чём не была виновата. Поэтому сказать правду было проще, так была вероятность, что её скорее отпустят, а не станут надолго задерживать в этой комнате.
— Мы с Маркусом, Альфредом и ещё ребятами были в столовой. Людей там полно, — ответил Мануэль.
— Я была со своим братом, Ари. Мы с ним разошлись на 10 минут, когда я ходила к преподавателю по математики. Мне нужно было взять задание. После чего я пошла обратно к брату. Однако…. Там…. — произнесла Мари сначала спокойно, однако после начала плакать.
— Хорошо. Граф Арканий, что по поводу Вас? — спросил Вирит после небольшого молчания. И все взоры обратились на него. Ведь только он не высказался. Арканий сидел с мрачным лицом. Когда на него все посмотрели, он заговорил.
— Я должен был встретиться с Джеком. Однако он так и не пришёл. Я думал, что он задерживается, поэтому ждал его. После этого я услышал голос директора и пошёл на площадь, однако по пути меня привели сюда, — понимая, как выглядят его слова, Арканий был мрачен. — Могу дать слово Графа, что всё так и было.
— Кто-то может это подтвердить, кроме, разумеется, вашего слова, Граф? — спросил Вирит.
— Моего слова недостаточно? — спросил Арканий с нажимом.
— Хорошо. Я принимаю ваше слово, — спустя пару секунд раздумий, произнёс Вирит. После чего пауза затянулась. Однако послышался стук. И в комнату зашли три человека.
— Директор, — произнес седоволосый мужчина, на руке которого покоился огромный перстень.
— Маркиз де Голь, — произнёс директор, вставая с места.
— Прошу, сидите директор. Для всех остальных, позвольте представиться. Маркиз Шарль де Голь. Глава ВСКО (внутренняя служба королевской охраны). В связи с происшествием сложившимся в академии, мной получен приказ короля, лично курировать данное происшествие, — он посмотрел на капитана. — Капитан, доложите мне.
— Так точно, — капитан подошёл к маркизу, после чего начал что-то ему объяснять. Спустя 5 минут он закончил.
— Капитан продолжит вести дело. Продолжайте капитан. Но если кому-то есть что сказать, прошу, — он внимательно осмотрел собравшихся.
Увидев, что все молчат, слово взял капитан:
— Тогда с вашего позволения, я начну. У следствия в лице меня, капитана внутренней службы королевской охраны, барона Каниса Вирита есть версия. Это версия не является достоверной, и единственно верной, кроме того, она не носит характера оскорбить кого-либо из собравшихся дворян. Так же, у меня нет права арестовывать или предъявлять обвинение в совершении каких-либо противозаконных деяниях. Поэтому, версия имеет рабочий характер, в связи с чем, произнесённые мной слова стоит приравнивать к поиску истины, и защиты стабильности короны, королевства и лично жизни короля, — начал стандартную речь Вирит, защищая себя от возможным проблемы, чтобы в конечном итоге точно не оказаться крайним.