Тристан перевел взгляд на Шеннона.
— И что же тебя так сильно расстроило? — спросил принц. — Рассказ бедной женщины?
— Ну да, — отозвался гном. — За свои годы я повидал немало ужасов. Но похищение детей… — Голос Малютки, предательски задрожав, оборвался.
Принц сочувственно кивнул ему, развернул свиток и громко прочел написанное; с каждым словом его пальцы все сильнее сжимали пергамент.
«Сегодня мы захватили детей.
Это оказалось совсем нетрудно.
Ваш приспешник Дункан мертв, и я воспользовался его кровью, чтобы написать это послание.
Когда придет время, принц, и мы встретимся снова, ты будешь ползать в грязи у моих ног, словно покорный пес.
С.»
Чувствуя, как в его жилах забурлила кровь, Тристан с силой припечатал пергамент к столу и вскочил на ноги. Отшвырнув кресло, он принялся расхаживать по залу, громко стуча каблуками по мраморному полу.
Прижимая к себе Моргану, Шайлиха ошеломленно взирала на брата. Сейчас перед ней был не зрелый, владеющий собой мужчина, который в последнее время производил на нее такое сильное впечатление. Это был совсем другой Тристан. Этот человек был охвачен дикой яростью, направленной против всех, кто обрушил немыслимые беды на его любимую страну. В надежде на поддержку, принцесса посмотрела на Фегана. Тот движением головы дал понять, что сейчас не следует вмешиваться; сперва принц должен взять себя в руки.
Увечный маг понимал, что происходит с Тристаном — яд уже начал отравлять его кровь и, следовательно, воздействовать на разум. Первый приступ конвульсий был не за горами. Если они с Вигом не сумеют исцелить принца, он очень скоро может сделаться совершенно неуправляемым, и тогда даже их совместные усилия окажутся бесполезными.
Никто не двигался, не произносил ни слова; все ждали, пока Тристан придет в себя. Наконец ему удалось справиться с охватившим его гневом, с лица исчезло напряженное выражение; принц снова занял свое место за столом. Шайлиха накрыла его руку своей и улыбнулась.
Однако брат, что было на него совсем непохоже, не улыбнулся ей в ответ, устремив требовательный взгляд на Верховного мага.
— Хотелось бы, наконец, выслушать твои объяснения, — резко сказал он. — Что за Замок, о котором говорила эта женщина, и о каких детях шла речь?
— Меня это тоже крайне заинтересовало, — присоединился к нему Феган.
Виг глубоко вздохнул.
— Тристан, помнишь тот день, когда я привел тебя в Редут и показал помещения, где воспитывались сыновья «магов резерва»?
— Разумеется, — нетерпеливо бросил принц.
Тот день, среди многих других, ему никогда не забыть. Он прекрасно помнил этих мальчиков — совсем юных, но уже достигших поразительных успехов в искусстве магии.
— Так вот, они были, как принято говорить, лишь верхушкой айсберга.
— Что ты имеешь в виду? — спросил принц.
— Я имею в виду Замок, — ответил старик. — Когда твоей матери удалось убедить членов Синклита обучать магии девочек, мы решили, что это должно происходить отдельно от мальчиков — и в полной тайне. Даже среди «магов резерва» немногие знали о том, что происходит. Видишь ли, несмотря на то, что Война с волшебницами давно закончилась, многие по-прежнему были категорически против практикования магии женщинами. Мы хотели очень осторожно приучить народ к этой идее, чтобы избежать проявлений непонимания. Воспитанницы Замка не были волшебницами и уж конечно не практиковали Каприз. Это просто маленькие девочки, обучающиеся магии по тем же принципам, что и мы.
Разум Тристана окончательно прояснился от затуманивавшей его ярости, и он в который раз задался вопросом, сколько еще тайн скрывали от них с сестрой маги Синклита и родители.
— Для обучения магии отбирались девочки с «одаренной» кровью высокого качества, — продолжал Верховный маг. — Дункан был одним из наших лучших наставников. Я сам назначил его на этот пост. Его жена Марта помогала ему во всем. Среди «магов резерва» считалось весьма высокой честью, если его ребенка, сына или дочь, принимали на обучение. — На лицо Вига набежала скорбная тень. — А теперь наши наиболее одаренные дети в руках Рагнара и Скрунджа. И мы даже не знаем, для чего они им понадобились…
— А где он находится, этот Замок? — спросил увечный маг.
— На высокогорье между Лендиумом и Тенглвудом мы построили специально приспособленный для наших целей большой замок, — ответил Виг. — Он стоит на берегу Сип поры, у подножья гор Толенка.
— Похоже, вы тщательно выбирали место, отец, — вмешалась в разговор Селеста, впервые обратившись к Вигу подобным образом.
— Было важно, чтобы о нем никто не узнал, — ответил тот.
— И как давно Замок был создан? — продолжил свои расспросы Феган.
— Это произошло спустя пять лет после появления на свет Избранных. Нам понадобилось время, чтобы проникнуться этой идеей, выбрать подходящее для Замка место и отобрать первую группу девочек с наиболее «одаренной» кровью.
— Двадцать пять лет назад! — воскликнул Тристан, мельком отметив ошеломленное выражение на лице сестры. — Значит…
— Совершенно верно, — прервал его Верховный маг. — В Евтракии живет уже первое поколение взрослых, обученных магии женщин. При условии, конечно, что они остались в живых после вторжения Фаворитов и последовавших за ним бед.
— Полагаю, — произнес увечный маг, — что эти женщины каким-то образом связаны между собой? Уверен, королева Моргана обладала не только мудростью, но и определенным упрямством.
— Что ты хочешь сказать? — спросила Шайлиха.
— Если я правильно понимаю, — улыбнулся Феган, — было создано что-то вроде приложения к Братству «магов резерва». Тайная община сестер, если угодно, состоящая из обученных магии женщин. Таким образом, можно было бы достигнуть две цели.
— Продолжай, продолжай, — с улыбкой произнес Виг.
— Ну, прежде всего, когда дело дошло бы до обучения Шайлихи, граждане Евтракии приняли бы эту идею с большей готовностью, если бы в королевстве уже знали о существовании других обученных магии женщин. Неплохо придумано, мой дорогой друг, весьма неплохо.
— Ты очень любезен, — пробурчал Верховный маг. — А что ты имел в виду, говоря о второй цели?
— Создание этой тайной общины позволило бы королеве осуществить свое заветное желание — равенство мужчин и женщин «одаренной» крови. — Феган посмотрел на Шайлиху, на Тристана, рассмеялся и хлопнул себя по колену. — Я не имел счастья знать ваших родителей, но все, что я о них слышал, позволяет сделать один вывод: это были замечательные люди. — Он задумчиво потер подбородок. — Так что же? Женщины действительно практиковали магию?
— Да, — ответил Виг. — Но только втайне. Как и «маги резерва», они помогали людям в разных уголках страны. И, как и на «магов резерва», на них было наложено «заклинание смерти» — на случай, если бы какой-то из них вздумалось практиковать Каприз.
— Как их называют? — спросила Шайлиха.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, мужчин, обученных магии, называют «магами резерва». А женщин?
— Мы называем их «помощницами», — ответил слепой маг. — Как и «маги резерва», они носят одинаковую одежду — темно-красные плащи с капюшонами. И у них на плече так же вытатуирован Парагон.