На редкость выразительны в местечке Баодиншань барельефы, повествующие о реальной жизни китайского общества либо рассказывающие о буднях простых людей. К числу более или менее известных работ старых мастеров следует отнести увлеченную "Девушку, играющую на флейте" (пещера 17), молодую "Птичницу" (пещера 20), веселых "Пастухов" (пещера 30) и др. Много доброты, искренности и теплых чувств в цикле "Родительская любовь" (пещера 17). Очень реалистично изображен "Муж, не узнающий жену" из композиции с характерным названием "Алкогольный дурман" (пещера 20). По динамичным сюжетам, помещенным в нижнем ярусе той же ниши-пещеры, можно изучать систему уголовных наказаний в средневековом Китае.
Из комплекса Баодиншань необходимо было как можно скорее перебираться в Бэйшань. За неимением других иностранцев, передвигавшихся на собственном транспорте и отправлявшихся в соответствующем направлении, попробовали через китайского переводчика обратиться за помощью к группе японских туристов, которых в тот момент сажали во вместительный и комфортабельный автобус, но получили вежливый отказ. Местные перевозчики, увидев относительную неудачу россиян, тут же попытались их надуть. Они наперебой стали предлагать свои услуги, явно завышая существующие расценки. Пришлось опять торговаться, но в результате все равно переплатили.
Когда приехали в нужное место, над горой сгустились грозовые тучи. Даже по самым оптимистичным расчетам в нашем распоряжении оставалось минут 15–20, еще какое-то время можно было созерцать ниши-пещеры под дождем. Однако тропический ливень, весьма обычный для этого сезона, в течение получаса легко превратил бы нас в скульптурную композицию из глины под названием "Рисковые туристы".
При таком раскладе следовало действовать быстро и четко, а посему, предъявив входные билеты, мы сразу устремились к пещере 136. Специалисты считают ее "шедевром ваятелей династии Сун". На небольшом пространстве высечены сразу несколько изображений бодхисатвы милосердия Авалокитешвары, который, как известно, с годами приобрел в Китае и новое имя — Гуаньинь, и новую ипостась, приняв женский облик. Фигуры Авалокитешвары (Гуаньинь) в указанной пещере как бы синтезируют мужское и женское начала. Они держат в своих руках жемчужину и четки, меч и топор, Солнце и Луну… Нельзя не признать, что изящные и пластичные рельефы выполнены с большой теплотой.
Особое внимание привлекают высеченные из камня бодхисатвы Манджушри и Самантабхадра, их горельефы едва касаются стены. "Красивое сияние" (Манджушри) в буддийской мифологии олицетворяет мудрость. Обычно его изображают прекрасным царевичем, который в поднятой правой руке держит меч, разящий неведение, а в левой руке — книгу. Когда-то благочестивый правитель поднял дух просветления и решил быть бодхисатвой до тех пор, пока не останется ни одного существа, нуждающегося в спасении. В пещере 136 карающий меч у него отсутствует, и настроен он вполне дружелюбно в отличие от свирепого льва, на спине которого восседает, и не менее грозного охранника.
"Всецело добрый" (Самантабхадра) призван защищать учение Будды и поддерживать тех, кто следует буддизму. В монастырях и храмах его можно увидеть сидящим на слоне, при этом число рук и находящихся в них символов существенно разнятся, но в одной он всегда держит лотос. У Самантабхадры из указанной пещеры "всего" две руки: левая — пуста, а в правой — тот самый лотос. Его белый слон с шестью бивнями не уступает по стати и мощи льву Манджушри, однако первый выглядит намного привлекательнее. В данном случае Самантабхадра выступает в качестве бодхисатвы, хотя в ряде канонических текстов он упоминается и как будда.
Скульптуры и рельефы в пещерном комплексе Бэйшань создавали на протяжении почти трех веков. Изображения будд и бодхисатв эпохи Тан отличаются простотой линий и тонкой резьбой по камню, что свидетельствует о высоком мастерстве резчиков. Изысканны и гармоничны буддийские божества периода Пяти династий. Для рельефов времен Северная и Южная Сун характерны яркие образы, отточенные фигуры и пышные одеяния.
В пещере 5 (поздний период Тан) запечатлен "блаженный рай" будды Амитабы (кит. Амитофо). Культ последнего на протяжении столетий был чрезвычайно популярен в Центральной и Восточной Азии. В соответствии с религиозной доктриной, когда верующий умирает, в час его кончины перед ним является будда "беспредельного света" Амитаба в сопровождении бодхисатв. Покинувший мирскую суету буддист погружается в золотой лотос и переносится в рай. Там лотос распускается, верующий созерцает Амитабу во всей его славе и приобщается к "блаженным" в "стране счастья". Будда и бодхисатвы находятся в центре композиции, рядом великолепный дворец и устремленные в небо пагоды, повсюду волшебные лотосы. На сложном многофигурном рельефе лежит печать величавого спокойствия и исключительной торжественности.