Сам Цзонхава, как считают тибетцы, ушел в нирвану, но по его пророчеству, согласно легенде, два его любимых ученика должны были постоянно воплощаться в качестве иерархов секты. В дальнейшем воплощения одной из двух основных линий перерожденцев гелугпа получили титул "далай-лама", а другой — "панчен-лама". Тибетский автор XVI в. писал:
Монастырь в Чжундяне был построен по инициативе Пятого далай-ламы, который в историю Тибета вошел под именем Великого Пятого. В свое время он получил превосходное образование, был талантливым администратором и в то же время яркой творческой личностью. В годы его правления были открыты две высшие школы для монахов и светских чиновников, где кроме обычных религиозных дисциплин и навыков управления обучали и языкам — санскриту и монгольскому. Далай-лама осуществил административную реформу, провел перепись населения, упорядочил налоговую систему. При нем в Лхасе было начато строительство великолепного дворца Потала.
В конце 1652 г. он приехал в Пекин, где был несколько раз принят императором Срединного государства, сопровождал последнего в поездке в прежнюю столицу маньчжуров (г. Шэньян) и совершил богослужение у гробниц предков. Пятый далай-лама вернулся на родину с грамотой и печатью цинского императора, осыпанный подарками и награжденный пышным титулом. О том, как происходила первая аудиенция, говорится в "Записях о делах, случившихся в период правления династии Цин" (кит. "Цин ши лу"): "Прибыл далай-лама. Он нанес визит государю, находившемуся в Южном парке. Государь соблаговолил разрешить ему сесть и предложил угощение. Далай-лама подарил государю лошадь и поднес местные продукты".
Мое внимание в одном из храмов на территории монастыря привлекли ярко раскрашенные масляные изображения. Тибетцы делают масло из ячьего молока и употребляют его в пищу, но немалое количество идет и на религиозные нужды, в том числе на изготовление фигур всевозможных божеств, скульптурных композиций, буддийских символов. В зимнюю пору их можно увидеть в различных тибетских монастырях (особенно славится ими Гумбум в провинции Цинхай), но летом они быстро тают. Чтобы сохранить масляные фигуры при обычной комнатной температуре, монахи в последнее время помещают их в специальные камеры из прозрачного стекла. В данном случае несколько красивых орнаментов из этого материала были выставлены непосредственно на свежем воздухе. Очевидно, в масло добавили некий консервант.
Из Чжундяня древний маршрут чайного пути из Юньнани в Тибет проходил через уезд Дэцэн в северо-западном направлении. Сейчас здесь функционирует автомобильная дорога № 214, которая в уезде Маркам (кит. Манкан) на востоке Тибетского автономного района соединяется с дорогой № 318 из провинции Сычуань в Тибет. На протяжении многих лет ее тибетский участок был закрыт для иностранцев. О каких-либо изменениях в правилах я не слышал, поэтому рисковать потерей нескольких дней не имело смысла. Авторы солидного путеводителя "Юго-Западный Китай" из серии "Lonely Planet", изданного в Австралии в 2002 г… с учете"! высокогорья и сложного рельефа местности отводят "минимум пятъ-шестъ дней" на переезд из Чжундяня в Западную Сычуань. Нам понадобилось меньше двух.
От Чжундяня до городка Сянчэн, где мы намеревались заночевать, — около 220 километров по горам, ущельям и через перевалы. В автобусе впервые за время бесконечных переездов были не единственными иностранцами, вместе с нами ехала американка Барбара. Молодая женщина, путешествовавшая в одиночку, оказалась ярой пацифисткой, последними словами обругала младшего Буша, заявила, что не собирается возвращаться в США и хочет найти работу в Южной Корее.
Обедали на берегу реки (красота!) и неподалеку от монастыря секты сакья (сакьяпа). Последняя возникла еще в конце XI в. Ее основатели и последователи всегда подчеркивали уникальность собственной линии в ламаизме, а также соответствие их религиозной доктрины индийскому буддизму. Сакья-пандита (1182–1251 гг.) и Пагба-лама (1235–1280 гг.) — самые известные иерархи сакьяпа. Их активная внутри- и внешнеполитическая деятельность пришлась на период монгольских завоеваний. В 1239 г. внук Чингисхана и сын его преемника Угэдэя Годан, ставка которого находилась неподалеку от Лянчжоу (совр. Увэй в провинции Ганьсу), направил своего полководца в Тибет. Разведав обстановку, тот сообщил, что наибольшим авторитетом в регионе пользуются сакьяские иерархи. Годан пригласил к себе Сакья-пандиту, при этом подчеркнув: если иерарх не примет приглашения, хану придется послать большое войско; в результате пострадают многие невинные люди, чего истинный буддист, естественно, не допустит.