Квадратную усыпальницу правителя держат на руках искусно высеченные из камня 12 воинов. На ее внешних стенках вырезаны две изящные танцовщицы и двадцать два музыканта, исполняющие свои партии на различных струнных, духовых и ударных инструментах. Внимательно рассматривая их, можно получить довольно целостное представление о музыкальных ансамблях эпохи Тан. Рассказывают, что Ван Цзянь был известным меломаном и у себя во дворце организовал творческий коллектив.
Мавзолей разграбили вскоре после падения царства Ранняя Шу. Однако при его раскопках археологи нашли около 400 старинных предметов, среди них имеются и уникальные реликвии. Наиболее ценной находкой стала императорская яшмовая печать, предназначенная для применения исключительно в загробном мире. На сегодняшний день в Китае обнаружены только два таких необычных символа власти. Другую печать отыскали в гробнице минского императора Шэньцзуна, правившего страной под девизом Ваньли (1573–1620 гг.) и похороненного неподалеку от Пекина, но чэндуская, понятно, намного старше.
Кстати, совсем недавно, в декабре 2005 г., неподалеку от административного центра Сычуани местные специалисты обнаружили семь гробниц евнухов, живших в период правления упомянутого императора династии Мин. Три из них находятся в хорошем состоянии, и археологи уже откопали свыше 60 ценных предметов, в том числе разнообразные изделия из фарфора, нефрита и серебра. В настоящее время раскопки продолжаются.
Внутри погребального комплекса в Чэнду есть 86-сантиметровая каменная скульптура Ван Цзяня, сидящего на троне: удивительно спокойное лицо пожилого человека, который решил вспомнить прошлое или задумался над смыслом жизни. Таких умиротворенных дедушек можно часто увидеть на скамейках в городских дворах или у деревенских домов по всему миру. Лишь одеяния старца, его головной убор и оттянутые мочки ушей выдают в нем человека, принадлежавшего к правящей элите. Китайцы высоко ценят эту статую, и, глядя на нее, прекрасно понимаешь, что не только за древность.
Ван Цзянь привечал не только музыкантов и танцовщиц. К его двору стекались талантливые люди из различных районов страны, прибыли сюда и искусные мастера-резчики. Дацзу с его живописными горами идеально подходил для строительства пещерных храмов. Неудивительно, что вскоре в его окрестностях появились замечательные произведения искусства. Высеченные в горной породе изображения буддийских божеств встречаются на территории всего уезда, его зачастую именуют "краем скальных скульптур". В декабре 1999 г. рельефы в горах Бэйшань, Баодиншань, Наньшань, Шичжуаньшань и Шимэньшань были включены в Реестр объектов мирового культурного наследия. Специализированный комитет ЮНЕСКО дал памятникам такую оценку: сохранившиеся до наших дней образцы скальной пластики в Дацзу, датируемые IX–XIII вв. и отмеченные высочайшим уровнем художественного мастерства и богатством сюжетов, являются ярким отражением жизни китайского общества того периода и наглядным свидетельством гармоничного сосуществования буддизма, даосизма и конфуцианства.
Ко времени создания пещерного комплекса буддизм в Китае уже прошел пик расцвета и в значительной степени утратил свои позиции. Заметно ослабло и влияние индийской культурной традиции на искусство ваяния в Поднебесной. Можно смело утверждать, что скульптуры и рельефы Дацзу выполнены в четко выраженном китайском стиле: налицо своеобразная гуманизация представленных образов, обилие светских сюжетов и бытовых сцен. В результате этот один из самых поздних памятников классической скальной пластики дает возможность наряду с пещерами Юньгана, Лунмэня и Могао проследить эволюцию буддийского искусства в Срединном государстве.
Осмотр скальных рельефов в Дацзу логичнее начинать с местечка Бэйшань, что всего в двух километрах от города (около 30 минут пешком). Именно там находятся наиболее древние изображения, высеченные в поздний период династии Тан и в эпоху Пяти династий (907–960 гг.). Однако в сложившейся ситуации решили в первую очередь добраться до конечной точки данного маршрута, чтобы в дальнейшем перемещаться уже в обратном направлении.
Микроавтобус привез в Баодиншань, расположенный в 15 километрах к северо-востоку от города, через 40 минут. Перед отъездом водитель и большинство попутчиков явно никуда не торопились и намеревались дождаться появления некой барышни-крестьянки, которая, как выяснилось, оставила в салоне свои сумки и спокойно ушла на неопределенное время в близлежащие магазины за очередными покупками. Пришлось подозвать дежурного и напомнить всем присутствующим о существовании расписания движения автобусов, которое никто не отменял. После краткого, но очень эмоционального выступления иностранца вещи несостоявшейся пассажирки вынесли из машины и оставили под присмотром упомянутого дежурного.