— Невероятно, они ему не причиняют вред.
Тут только они решились посмотреть и с удивлением увидели, что бывший оруженосец не просто остался жив, он не спеша приближался к преобразившийся принцессе. Молнии буквально огибали его не причиняя ни малейшего вреда, словно его тело было неуязвимо для них. Медленно приближаясь к своей возлюбленной он тихо заговорил с ней призывая успокоиться. Наконец ему удалось подойти к не вплотную и обхватив ее голову. посмотреть в ее пылающие глаза.
— Слышишь, все хорошо, видишь это всего лишь я, ты ведь узнаешь меня правда?
И тут молнии постепенно прекратили вылетать из ее тела словно неистовая буря в которую превратилась девушка стала терять наконец свою силу. Медленно, очень медленно она стала превращаться в саму себя, возвращая свой прежний облик. Наконец ее сияние полностью угасло и на Рэма снова смотрели прежние изумрудные глаза, которые он так любил. Постепенно в них вернулась и былая осознанность.
— Все хорошо, главное успокойся!
Продолжал он тихо повторять пока наконец та не обмякла и он едва успев ее поддержать, предотвратив падение опустился вместе с ней на колени. Какое то время она смотрела вокруг ничего не понимающим взглядом, словно человек едва очнувшийся от сна и внезапно оказавшийся не там где он ложился спать.
— Ты в порядке?
Произнес наследник девятого правящего дома подойдя наконец ближе и заметив кровавое пятно на ее одежде. И тут только вспомнив о своем ранении Айрис прижала свою ладонь к ране:
— Бывало и лучше, похоже пара снадобий господина Ферна мне точно не будут лишними.
Ей помогли подняться на ноги и Рэм с Альберто осторожно отвели ее назад в лагерь, где ее раной немедленно занялся придворный алхимик. Немного отдохнув она смогла рассказать друзьям все что с ней произошло.
— Ну хорошо хоть то, что это не восставшие покойники, а то уже приготовился воевать с мертвецами решившими отдохнуть от долгого пути к вратам вечности.
— Не умело пошутил Глен выслушав ее историю и будучи поражен не меньше остальных. Однако его друзья не смогли по достоинству оценить его шутку, и так и остались с мрачными выражениями на лицах.
— Не думаю что это нападение было случайно, похоже наши действия не остались незамеченными нашим врагом. Стоит поскорее убраться отсюда пока не пожаловали еще гости. Одно радует теперь в наших руках жезл света.
— Однако полагаться на его могущество и не проявлять осторожность весьма опрометчива так что как только ее высочество наберется сил выдвигаемся от сюда.
— Я в порядке, так что можем выдвигаться в любое время.
Постаралась уверить остальных Айрис но ее бледность и заторможенные движения выдавали реальное ее состояние красноречивее любых слов.
— Торопится не стоит. к тому же надо еще решить что делать с телами поверженных?
— А что с ними делать, зверье упокоит их если не побоятся отравится такой поживой.
Пробурчал в ответ на задумчивое высказывание Ферна Глен. Но тут подала голос принцесса:
— Их нужно упокоить как следует, как бы там не было они ведь все равно остаются моими детьми.
Ей никто не осмелился возражать, особенно когда заметили блеснувшие на ее глазах слезы, которые она поспешила спрятать от остальных. Так что пока она приходила в себя после всего произошедшего с ней, они соорудили погребальные костры для каждого убитого ею в схватке. Воспользовавшись жезлом который она теперь могла призывать так же как и клинок, она зажгла погребальный огонь и пока тот пожирал тела смотрела на него не отрываясь и не говоря ни слова. Когда пламя угасло, она призвала ветер и тот унес пепел тех, кто когда то появился в этом мире, но не стал его частью при своем существовании, с собой туда, где те смогут окончательно обрести вечный покой и приют. Она смотрела туда куда были унесены останки ее невольных детей, чувствуя как в ее душе появилась невыносимая скорбь придела которой казалось просто не было. А главное она чувствовала, что это лишь начало ее скорбной дороги которую ей предстояло пройти.
Возрождение
Женщина, лица которой как он не старался не мог рассмотреть, прикованная цепями к испещренной письменами тьмы плите, совершенно нагая, молящая пощадить ее и ее дитя, и кошмарное существо нависшее над ней походившее на нечто напоминавшее одновременно паука и человека. Он прижал свое безобразное брюшко к ее телу и тут раздался душераздирающий крик, а он был вынужден смотреть как она стала извиваться насколько позволяли оковы силясь вырваться, но все было тщетно, а какая то невероятная сила не давала ему не отвести или закрыть глаз не закрыть уши, что бы только не слышать эти жуткие звуки, где переплелись крики боли рыдания несчастной и похотливые возгласы чудовища. Он пытался вырваться из невидимых тисков или хотя бы закричать, но и это оказалась непосильной задачей, его тело отказывалось подчиняться как и голос. Ему казалось что еще мгновение и он сойдет с ума но тут раздался голос так похожий на его собственный: