Пират задумался, он не хотел продешевить, но вместе с этим ни на грамм не понимал даже примерной стоимости , планировал узнать это у Мёркла, но эта надежда рухнула в ту же секунду, когда тот изъявил желание его приобрести.
– Ладно, – махнул рукой тот. – Забирай
Рыжий довольно улыбнулся, он достал из кармана монеты и положил их прямо на стол, с усмешкой смотря на то, как его «друг» пересчитывает.
– Так уж и быть, в честь сделки сегодня смут за счёт заведения, – усмехнулся хозяин и посмотрел на официантку.
Когда та кивнула, то пираты одобрительно загудели, уже забывая о маленькой перебранке, которая только что была. Попрощавшись, Мёркл вновь подошёл к бару с другой стороны, отдавая приказ своим сотрудникам
– Подсыпь чего-нибудь, хочу чтоб он поскорее отсюда ушёл, – отдал приказ он и вновь вернулся к столику, беря под руку Линара.
Они прошли по длинному, казалось, нескончаемому коридору, он был тёмным, полы скрипели, чуть ли не проваливались под весом шедших людей. Мужчина открыл одну из дверей и сразу толкнул туда мальчика, в комнате был лишь один единственный стул, ни окон, ни дверей, даже света не было.
– Сиди здесь, скоро я за тобой приду, – бросил Мёркл и вышел прочь
Послышалось, как щеколда прокручивается, дверь закрывается и хозяин заведения уходит, его шаги становились всё тише и дальше, пока и вовсе не исчезли. Линар облокотился об одну из стен, медленно сползая по ней вниз, пока не уселся на деревянный скрипучий пол. Сидя там, он в принципе не особо осознавал то, что происходило, возможно, это была защитная реакция мозга, чтобы не расплакаться прямо там, но сейчас, осознание накатывало на него с неистовым скрежетом и болью. Его продали…за двадцать три диса, его жизнь, его существование и он сам стоит этих денег? Неужели?
Мальчик всегда считал, что человеческая жизнь бесценна, она не может стоить никаких денег, украшений, званий, но в итоге сам он был продан пиратом в руки какому-то хозяину паба на пиратском острове. Казалось, что в ещё более ущербной ситуации он никогда не был, каждая минута после смерти родителей, после той злополучной ночи в замке раздавалась болью, всё шло неправильно, всё шло просто ужасно и невыносимо. Его решения привели его к ужасу и мраку, совладеть с коими он пытался, но слишком безуспешно. В груди щемило, бросало в жар, было тяжело дышать, хотелось плакать и кричать, ломать и разрушать всё, но даже этого он сделать неспособен.
Может быть выдать себя? Сдаться и просто умереть, закончит это всё, лучше смерть, чем такая жизнь. Каждый день находиться здесь и понимать, что ты стоишь никчёмные гроши, что ты не на что больше не годишься, что ты не на что не способен, из рук всё валиться и мир мрачнеет с каждым мгновением.
«Меня продали…как Скрила, разница в том, что ему было тяжелее, ведь его предала семья, но почему-то от этой мысли мне не легче, будь у меня семья, я бы не оказался в такой ситуации, меня вообще бы здесь не было» – кричал внутренний голос в голове Линара
Он просто сидел, смотрел в темноту и пытался успокоить себя, не дать сломаться, пойти дальше, ведь Скрил спасся, спустя много лет, но он смог сбежать, смог стать свободным. Почему он не может? Нужно лишь подождать, понять, что от него здесь хотят и лишь тогда вынести план о том, как спастись и куда бежать.
***
– Ты совершенно выжил из ума, – заключила женщина, усаживаясь рядом с Скрилом – Хоть понимаешь, что произойдёт, если Гурше до тебя доберётся? Смерть – это капля в море, по сравнению с тем, что он с тобой сделала.
Лесси говорила это уже несколько минут в её голове сам по себе не мог уложиться рассказ Колайя о том, во что он ввязался то ли по собственной глупости, то ли по совершенно не нужному пирату зову сердца.
– Хочешь сказать ты бы поступила иначе? – выждав пару минут, спросил Скрил. – Бросила бы потерявшего всё ребёнка на произвол судьбы?
– Этот ребёнок будущий правитель всего нашего мира, – пояснила она.
– Чтобы им стать, необходимо выжить и добраться до Чадорска, – парировал пират.
Женщина посмотрела на Капитана с долей скептицизма, а после перевела свой взгляд на девушку, она тяжело вздохнула и махнула рукой.
– Делайте, что хотите, – пролепетала она – Только прошу, не умирайте.
Колай довольно улыбнулся, встал со своего места и шагнув к женщине крепко её обнял, оставляя на щеке легкий поцелуй. Она улыбнулась и, встав с места, также его обняла, смотрящей за этой картиной Лие стало не по себе от увиденного, такие отношения у, казалось бы, совершенно чужих друг другу людей.