– Не знаю, – растерянно пробормотал мехемец, – может быть, это акт устрашения…
Глаза варвара были столь остры, что он отлично видел малейшие подробности происходившего внизу. Будучи вождем афгулов, он не раз участвовал в сражениях с туранскими войсками и хорошо представлял их боевое построение. Сейчас он видел авангард, состоявший из легких конников, имевших по два лука и несколько легких дротиков, притороченных к седлам, пеших лучников, прикрывавших обычно тяжелую конницу и столь быстроногих, что могли не отставать от всадников даже при форсированном марше, пехотинцев с большими треугольными щитами и длинными копьями… Фаланги «Дня помощи» и «Вечера потрясений» выстраивались в шахматном порядке, за ними следовали отборные дружины резерва, вступавшие в бой только в крайнем случае. На флангах двигались отряды янпачей, именуемые «одами», и над ними реяли стяги вождей – зеленые, желтые и черные.
Главное знамя развевалось в тылу войска, где, в окружении гвардии, гарцевал на гнедом жеребце неведомый полководец в золотых доспехах и шлеме с высоким гребнем. Лицо его было прикрыто забралом в форме птичьей головы с длинным клювом. Вымпел на знамени был Конану незнаком, и киммериец терялся в догадках, чьи именно силы призвал себе на помощь стигийский чернокнижник.
Вся эта масса людей медленно переваливала через гребни ближних холмов, катясь к скалам, словно неумолимая лавина.
Но самым удивительным было то, что за войском показался караван верблюдов, везущий осадные и штурмовые машины, словно таинственный военачальник вознамерился брать приступом стены неведомого города.
– Кром, – пробормотал киммериец в полной растерянности, – может быть, они решили прямым ходом двигаться через перевалы на Айодхью?
В это время слева от войска показалась маленькая группа всадников, во весь дух летевших к скалам. Кшатрии подняли было луки, но Конан, разглядев вендийцев, отправленных им недавно на разведку, приказал не стрелять.
Никто не препятствовал всадникам, обогнув наступающие колонны, достигнуть отрогов. Командир разведчиков поднялся на утес и предстал перед киммерийцем, едва переводя дух.
– Ты не слишком торопился с донесением, – зло бросил варвар, – неприятель у нас под носом.
– О раджиб, – ударил себя кулаком в грудь кшатрий, – мы ничего не видели, пока войска не возникли, словно из-под земли! Сначала заклубилось плотное облако, а когда оно рассеялось, вокруг нас уже были марширующие колонны!
– И они вас не тронули?
– Клянусь Асурой, я сам не понимаю, в чем тут дело. Мы видели, как какие-то люди напали на другой разъезд и зарубили наших. Потом они поскакали к нам, и я приказал отступать. Однако те воины (кажется, это туранцы), среди которых мы внезапно оказались, не обращали на нас ни малейшего внимания, так что мы смогли промчаться сквозь их порядки и спастись.
– А что за люди напали на другой разъезд?
– Они одеты как местные воины, но я заметил, что это хайборийцы. Кожа у них светлая, глаза голубые или серые, и многие пользуются прямыми мечами.
– Немедийцы, – пробормотал Конан, – наемники Дастана…
– Что будем делать, раджиб? – спросил Мугаджар. – Отойдем в горы и постараемся задержать войска в ущелье?
– Увы, увы! – заголосил вдруг викиль, яростно дергая себя за бороду. – Нет спасения от силы великой…
Мугаджар треснул его кулаком по шее, и мехемец, охнув, смолк.
– Сейчас поглядим, что это за сила, – сказал Конан, открывая кожаную сумку, висевшую у него на поясе. Достал большой хрустальный шар и, приложив к глазам, снова посмотрел вниз.
– Надо послать гонцов в Айодхью, – предложил Аджар, – самим нам не справиться.
– Ну, это мы еще поглядим, – хмыкнул варвар. – Приказываю выставить пехотинцев у подножия скал, а конникам готовиться к атаке.
Сотники недоуменно уставились на своего командира. Им показалось, что киммериец спятил от жары, если решил сражаться на равнине с огромным войском. Или страсть, питаемая раджибом к дэви Жазмине, вскружила ему голову, и северянин решил с честью погибнуть, но не отступать?
– Позволь заметить, – осторожно сказал Мугаджар, – что наша атака причинит противнику столько же вреда, сколько укус комара слону…
– Ты что, испугался горстки каких-то немедийских наемников? Взгляни!