Вместо ответа Арута спросил пленника:
— Если сюда придут цурани, что ты станешь делать?
Тшакачакалла взглянул на двоих пленников, стоявших по обе стороны от него.
— Эти люди — рабы. Придут цурани, они не станут делать ничего. Будут ждать. И достанутся… — он запнулся и заговорил с Тулли по-цуранийски. Тот подсказал ему нужное слово. Благодарно кивнув, раб договорил: — Победителю. Они станут служить победителю. — Он взглянул на Аруту. В глазах его затеплилась надежда. — Ты сделаешь Тшакачакаллу свободным. Тшакачакалла будет предан тебе, господин. Твоя честь будет его честью. Отдаст за тебя жизнь, если прикажешь. Станет сражаться против цурани, если прикажешь.
Фэннон скептически оглядел пленника с ног до головы.
— Уж больно складно врет этот пленный раб! Сдается мне, что он цуранийский шпион!
Тшакачакалла в упор взглянул на Фэннона, затем внезапно выступил вперед и с удивительным проворством выхватил кинжал из ножен, висевших на поясе старого воина.
Мгновением позже Мартин Длинный Лук наставил в голую грудь пленного свой охотничий нож, Арута занес меч над его головой, а Роланд и воины гарнизона подошли к троим цуранийцам справа и слева, отрезав им пути к отступлению. Но как выяснилось, у пленника вовсе не было враждебных намерений. Взяв кинжал за острие, он рукояткой вперед протянул его Фэннону со словами:
— Мастер думает, Тшакачакалла служит врагам? Убей меня, мастер! Дай умереть смертью воина, верни честь!
Арута вложил свой меч в ножны, вынул кинжал из ладони Тшакачакаллы и вернул его Фэннону.
— Нет, мы не станем тебя убивать, — сказал он пленному. Повернувшись к Тулли, принц негромко проговорил: — Я уверен, что этот человек может быть нам полезен. Поразмыслив, я склонен поверить его рассказу.
Фэннон нахмурился и пожал плечами.
— Мне все же кажется, — возразил он, — что эти трое цурани могут оказаться умными и хитрыми шпионами. Но вы правы в том, что, если держать их под наблюдением, они не смогут причинить нам большого вреда. — Он повернулся к священнику. — Отец Тулли, почему бы вам не пройти в казармы вместе с пленными и не попытаться вытянуть из них как можно больше ценных для нас сведений? А я очень скоро присоединюсь к вам.
Тулли кивнул и обратился к троим цурани на их языке. Двое рабов немедленно повернулись, чтобы следовать за ним, но Тшакачакалла упал на колени перед Арутой и с мольбой воздел руки к небу. Он быстро заговорил на цуранийском наречии, и отец Тулли, собравшийся было идти в казармы, остановился и стал переводить:
— Он просит, чтобы вы или убили его, или взяли к себе в услужение. Он спрашивает: неужто человек, не имеющий семьи, клана и чести, может считаться свободным? В его стране таких людей презирают и именуют серыми воинами.
Арута с улыбкой возразил:
— У нас все обстоит иначе. Здесь человек может не принадлежать ни к какому клану, не иметь семьи и при этом считаться свободным. Никому и в голову не придет презирать его.
Тшакачакалла слушал принца, наклонив голову. Когда тот договорил, пленник поднялся с колен и кивнул.
— Тшакачакалла понял. — Он широко улыбнулся и добавил: — Скоро ты возьмешь меня к себе на службу. Хорошему господину нужны хорошие воины. Тшакачакалла хороший солдат. Храбрый солдат. Сильный солдат.
Арута с улыбкой обратился к священнику:
— Тулли, отведи их в казармы и расспроси Чак… Тшал… — Он засмеялся и помотал головой. — Не могу этого выговорить! — Повернувшись к пленному, он сказал: — Если ты намерен служить мне, надо дать тебе какое-нибудь имя из тех, что приняты у нас в Королевстве.
Раб с достоинством наклонил голову в знак согласия.
Длинный Лук предложил:
— Назовите его Чарлзом. Это будет немного напоминать ему его настоящее имя.
Арута пожал плечами:
— Имя как имя. Не хуже любого другого. Слушай, — обратился он к пленнику, — с нынешнего дня ты будешь отзываться на имя Чарлз.
Раб кивнул.
— Тшалз? Хорошо. Я запомню.
Все трое пленных и отец Тулли направились к казармам в сопровождении нескольких воинов. Когда они скрылись за углом замка, Роланд задумчиво пробормотал:
— Хотел бы я знать, что из всего этого выйдет.
Фэннон мрачно кивнул:
— Время покажет, кто они такие на самом деле, рабы или шпионы!
Длинный Лук усмехнулся и беззаботно проговорил:
— Я буду следить за Чарлзом, мастер Фэннон. Глаз с него не спущу! На этот счет можете быть спокойны! Он очень вынослив. За все время нашего пути сюда ни разу не сбавил шаг. Пожалуй, я сделаю из него заправского следопыта, дайте только срок!
Арута покачал головой:
— Пройдет немало времени, прежде чем я со спокойной душой позволю ему выйти из замковых ворот!
Фэннон повернулся к Мартину:
— Где вы их пленили?
— У северной излучины правого притока реки. Мы обнаружили там следы большого отряда цурани, продвигавшегося к побережью.
Фэннон насупился и пробормотал:
— Гардан повел в те края патрульный отряд. Может, он сумеет подкрасться к ним и взять в плен кого-нибудь из их воинов, и мы наконец узнаем, что эти ублюдки собираются предпринять в нынешнем году. — Не сказав больше ни слова, он повернулся и зашагал к казармам.
Мартин звонко рассмеялся, и Арута окинул его недоуменным взглядом:
— Что это ты так развеселился, мастер егерь?
Мартин тряхнул головой:
— Не в обиду вам будь сказано, ваше высочество, но наш Фэннон — забавный старик. Ведь он, поди, ни за что на свете не признается, что только и мечтает, как бы снять со своих усталых плеч бремя командования гарнизоном. Фэннон наверняка с тоской вспоминает те времена, когда милорд Боуррик распоряжался воинами. Слов нет, он бравый вояка, но ответственность тяготит его!
Арута пристально взглянул в спину Фэннона и повернулся к Мартину:
— Сдается мне, что ты прав. Длинный Лук. — Он ненадолго умолк и затем задумчиво добавил: — Все последние дни я так злился на него и так завидовал ему! А ведь мне прежде всего стоило бы вспомнить о том, что мастер Фэннон вовсе не напрашивался на роль командующего!