Выбрать главу

Весь путь до столовой не занял много времени, но они не общались между собой, все еще ощущая непривычный накал, образовавшийся в комнате и так и не покинувший их.

Остановившись возле массивных двустворчатых дверей, Андер обернулся к Эстер.

- Чтобы сейчас ни произошло, будь спокойна, никто не причинит тебе вреда.

От таких слов Эсти округлила глаза, но подумав поняла, что действительно, от семейства Реймер можно ожидать чего угодно.

Лакеи распахнули перед ними двери и мужчина уверенной походкой двинулся вперед, а девушка последовала за ним.

- Андер, доб...

Госпожа Надин замолкла и застыла привстав за столом. Дилания расплылась в улыбке. Одер удивленно вскинул брови. Кэтлин открыла рот, но не произнесла ни звука.

А супруг Эсти уверенно шел к своему месту во главе стола. По правую сторону от него пустовал свободный стул и подойдя к нему, мужчина остановился и обернулся к девушке.

- Садись. – он совершенно спокойно отодвинул стул перед Эстер, которая не отступала от мужчины ни на шаг. С сомнением во взгляде Эсти все же кивнула головой и аккуратно присела, а Андер с невозмутимым лицом прошел к своему месту и вальяжно разместившись, обвел всех собравшихся внимательным взглядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Что ОНА здесь делает? – не выдержала напряжения и взвизгнула госпожа Надин. Ее лицо было перекошено от злости, а руки тряслись. – Что ОНА здесь делает?

- С сегодняшнего дня Эстер будет трапезничать вместе со всеми членами семьи.

- Никогда! – женщина закричала и громко отодвинул стул, оперлась руками о гладкую поверхность стола. – НИКОГДА Андер, ты слышишь? Никогда эта девка не будет сидеть со мной за одним столом!

- Попридержи язык, госпожа Надин. – мужчина даже бровью не повел.

- Не могу! Не могу молчать, когда мой сын пытается запятнать честь отца! Если бы он только был жив, то не допустил бы подобного. Она дочь нашего врага, дочь убийцы! А что делаешь ты? Ты ставишь ее равной всем нам!

- Отца не вернуть! – Андер сжал кулаки, которые покоились на столе. Эсти заметила как заиграли желваки на его лице.

Она еле сдерживала себя чтобы не убежать сломя голову, но понимала, что сейчас ее супруг идет против своей семьи...ради нее. И она дала себе слово не раскисать от оскорблений, а потому должна стойко выдержать этот ужин несмотря ни на что.

- Если помнишь, матушка, отец всегда был против кровной вражды, а вот другие представители клана его подначивали на все новые и новые набеги на территорию клана Кавалл. Поэтому усмири свой гнев и не вспоминай отца в таком свете.

- Как ты можешь такое говорить? – госпожа Надин ошарашенно смотрела на старшего сына и кажется не могла поверить его словам. – Ты защищаешь этих лошадников? Ты защищаешь ее, очерняя имя своего отца?

- Довольно! – голос мужчины звучал грозно. – Запомните все, Эстер МОЯ ЖЕНА. Она по праву будет присутствовать на каждом ужине, будет сидеть за этим столом рядом со мной. Решения своего я не изменю!

Тишина казалась непривычной и мрачной.

- Мне нет здесь места, если ЭТА будет находиться рядом. – сухо и отрешенно произнесла госпожа Надин, а потом двинулась к выходу. Эсти видела как медленно она шла, будто надеясь, что ее остановят, но на удивление Андер не проронил ни слова. Он просто глядел в след удаляющейся матери и даже не пытался воспротивиться ее выбору.

Лишь когда взрослая женщина покинула столовую, он еще раз обвел всех присутствующих взглядом.

- Всем доброго ужина. Можете приступать.

***

Эсти не спалось.

Она ходила по комнате, обхватив себя руками и вспоминала прошедший вечер.

После того, как госпожа Надин удалилась, никто не посмел сказать и слова против нее, но она видела с какой ненавистью на нее смотрит Кэтлин, да и Одер казалось был не рад, но его странное выражение лица Эсти списала на то, что после признания молодого человека они так и не поговорили с глазу на глаз. Ей бы очень хотелось объяснится с ним и навсегда закрыть эту тему.

Почему-то ее мысли все время возвращались к супругу. Она так и не успела поблагодарить его за то, что он сделал. А ведь мужчина защищал ее перед своей матерью и публично показал, что Эстер ему дороже.