– Ты, наверное, очень огорчён, – подхватил Мартин. – Я тебя понимаю.
– Так и было, – произнёс Джулиан своим глубоким красивым голосом. – Но теперь всё изменилось. Элизабет, у нас есть ещё десять минут до отбоя, давай сыграем в двойной пасьянс. Где наши карты?
– В моём ящике, – откликнулась Элизабет с благодарностью. Ужасно было вот так стоять перед всеми. Как хорошо, что Джулиан её поддержал, что он снова её друг. Она стала шарить в ящике в поисках колоды.
Все изумлённо смотрели на Джулиана. Он что, с ума сошёл? Как можно так приветливо разговаривать с той, которая наговорила про него столько гадостей? Невероятно! Дети просто не верили своим глазам.
Но это была правда. Джулиан раздал карты, и они с Элизабет погрузились в игру. Все с интересом следили за ними, не зная, что и сказать. Арабелла была удивлена больше остальных, и она же первой пришла в себя.
– Джулиан, что на тебя нашло? Разве Элизабет не твой злейший враг?
– Нет, Арабелла, – ответил Джулиан любезно. – Она мой лучший друг. Всё это было глупой ошибкой.
В голосе Джулиана прозвучало что-то, что заставило всех прикусить языки. Дети занялись своими играми и оставили Джулиана и Элизабет в покое.
– Спасибо, Джулиан, – прошептала Элизабет.
Зелёные глаза посмотрели на неё с интересом.
– Всё в порядке, если тебе понадобится помощь, можешь на меня положиться, Мой Злейший Враг!
– О Джулиан! – полусмеясь-полуплача прошептала Элизабет.
И тут раздался сигнал: «Всем спать!» Дети сложили книги и игры и разошлись по своим спальням.
Следующие несколько дней Элизабет пришлось нелегко. Одноклассники не простили её так быстро, как Джулиан, и держались с ней холодно. Только трое ребят были с ней приветливы – Кэтлин, Гарри и Роберт. Но большинство её игнорировало. Казалось, все были рады, что она больше не староста.
Но вот Джоан из второго класса, которая дружила с Элизабет в первой четверти, отыскала её и пожала ей руку:
– Я не знаю, как там всё было на самом деле, но уверена: ты не сказала бы того, что сказала, если бы не была убеждена, что это правда. Всё пройдёт, и ты снова будешь старостой, вот увидишь!
Элизабет была рада услышать добрые слова настоящего друга.
– Теперь я понимаю, что значит «друг познаётся в беде», – сказала она. – Я не забуду, как важно мне было участие, когда всё пошло не так, и теперь знаю, как вести себя по отношению к другим, если они попадут в беду.
Все эти дни Элизабет была серьёзна и молчалива. Она много занималась, и её весёлый смех звучал очень редко. Джулиан даже поддразнивал её из-за этого.
– Ты сделалась тихоней, совсем как Розмари. Ну же, посмейся, Элизабет. Мне не нужен унылый друг.
Но Элизабет перенесла потрясение и должна была прийти в себя. Джулиан ломал голову, желая придумать что-нибудь такое, от чего Элизабет станет счастливой, как прежде. Он стал изобретать разные шутки.
А потом рассказал одноклассникам о своих задумках:
– Послушайте, когда мистер Лесли, учитель естествознания, поведёт нас в лабораторию проводить опыты, я начну издавать разные звуки. Но вы все сделайте вид, что ничего не слышите. Понятно? Тогда мы повеселимся.
Уроки естествознания в этой четверти были скучноваты. Мистер Лесли и сам был весьма унылый и очень строгий. Дети его недолюбливали, так что план Джулиана им очень понравился, и в это утро они побежали в лабораторию с большей охотой.
– А какие это будут звуки? – поинтересовалась Белинда.
– Подожди, сама услышишь, – ухмыльнулся Джулиан. – Пусть для мистера Лесли это будет сюрпризом.
Так и вышло. Учитель твёрдой походкой вошёл в класс, кивнул ученикам и велел им занять свои места.
– Сегодня, – начал он, – мы попробуем обнаружить крахмал в картофеле. У меня тут…
Сначала он объяснил, как проводить опыт, а потом раздал всем по кружочку картофеля. Ученики склонили головы и приступили к опытам.
И тут послышался странный звук: «И-и-и-и-и-и!» Он становился всё сильнее и был похож на громкий свист – такой высокий, что напоминал писк летучей мыши или скрип смычка, которым проводят по самой тонкой струне.
Все украдкой посматривали на Джулиана, даже не сомневаясь, что это он, а Джулиан склонился над своей работой, ничем не выдавая, что звук исходит от него.
Мистер Лесли строго оглядел класс:
– Откуда этот звук?
– Какой звук, мистер Лесли? – с невинным видом переспросила Дженни.
– Этот пронзительный писк, – пояснил мистер Лесли, теряя терпение.
Дженни склонила голову набок, будто прислушиваясь. И все остальные дети сделали то же самое. За окном раздался шум аэроплана, миг – и вот он летит!