– А бывает концерт в середине четверти? – с надеждой в голосе спросила Элизабет.
– Боюсь, что нет, – вздохнул мистер Льюис. – Ладно, возьмём что-нибудь из твоих нот, а «Морскую пьесу» отдам другому.
– Нет, пожалуйста! Пусть без концерта, но я всё равно хочу её выучить. Для себя.
– Ну хорошо. – Мистер Льюис как бы нехотя согласился. – Я сыграю её, а ты внимательно слушай.
Элизабет шла по коридору, чуть ли не подпрыгивая от радости. Она была очень довольна собой. И вообще – как же тут здорово! «Стоп, – вдруг подумала она. – Если мне здесь хорошо, что я скажу собранию?»
Глава 15
Две шалости и одна ссора
Неделя пролетела как миг. Элизабет разучивала пьесу про море, много репетировала с Ричардом, и они даже упросили мистера Льюиса дать им что-нибудь посложнее.
– Я рада, что ты выбрал меня, а не Гарри, – призналась Элизабет Ричарду. – Ты очень хорошо играешь. Почти как мистер Льюис.
– Вовсе нет, – ответил Ричард. – Но когда-нибудь я стану даже лучше. И ты приедешь в Лондон на мой сольный концерт. И ещё я стану композитором, и мои пьесы будут играть по всему миру!
Ричард говорил совершенно серьёзно, и Элизабет верила, что так и будет. И хотя этот мальчик был немного мрачноват и зануден, Элизабет привязалась к нему.
«Я же терпеть не могла мальчишек, – удивлялась она. – Во мне что-то меняется. Надо быть начеку, а то меня и впрямь скоро будет не узнать, как предупреждала мисс Скотт».
И чтобы доказать самой себе, что она всё та же вредная девчонка, Элизабет решила подшутить над Гарри. Случайно подслушав, что ему надо зайти в музыкальный класс за нотами, она решила опередить его. Элизабет вбежала в класс, обильно смочила губку водой, залезла на стул и засунула её между дверью и косяком. Она едва успела спрятаться в шкафу, как в комнату вошёл Гарри. Он очень спешил, чтобы не опоздать на следующий урок. Гарри распахнул дверь, губка плюхнулась на его макушку и закатилась за шиворот!
– Ой, что это?! – испугался Гарри.
Он вытащил губку и бросил её на пол. Воротник его пиджака промок насквозь.
– Я же не успею переодеться! – расстроился он. – Кто это подстроил?
Он огляделся: никого. Но шутники обычно прячутся где-нибудь неподалёку, например в шкафу. Гарри подкрался поближе и резко открыл дверцу. Там, заткнув рот платком, сидела и давилась от смеха Элизабет.
– Ах, это ты?! – Гарри схватил девочку за руку и вытащил из шкафа. – А не хочешь, теперь я засуну тебе эту губку за шиворот?!
Но тут прозвенел звонок, и ему пришлось бежать переодеваться.
– Ты ещё получишь у меня! – прокричал он напоследок.
– Ха-ха! Ненавижу мальчишек! – От смеха у Элизабет даже заболел живот. – Ха-ха! Так тебе и надо!
Но Гарри всё-таки выбрал момент и отомстил Элизабет. На уроке рисования она так погрузилась в работу, что не заметила, как Гарри подошёл сзади и прицепил ей на спину листок с большими буквами. Элизабет заёрзала, но ни о чём не догадалась. Злобно хихикая, Гарри вернулся на своё место, а Элизабет продолжала рисовать.
Мисс Честер ничего не увидела, и Элизабет так и сидела с запиской на спине. Урок близился к концу.
По классу пронёсся смешок. Надпись на спине Элизабет гласила:
«Я ВРЕДНАЯ ДЕВЧОНКА. БЕРЕГИСЬ! Я ЛАЮ И КУСАЮСЬ И НА ВСЕХ БРОСАЮСЬ!»
Вредная девчонка – ведь это было прозвище Элизабет. Поэтому никто ничего не сказал ей, а Джоан рядом не было, ведь она не ходила на уроки рисования.
Прозвенел звонок. Все начали прибираться, а мисс Честер готовилась к следующего уроку, оставаясь в неведении. Ученики разошлись по другим кабинетам.
Элизабет вернулась в свой класс. Теперь и её одноклассники пихали друг друга локтями и хихикали. Джоан придерживала дверь для мисс Рейнджер и не понимала, что происходит. А Элизабет уже догадалась, что смеются-то над ней. Она покраснела.
– Что смешного? – возмутилась она. – У меня что-то с причёской? Чернила на носу?
– Нет, Элизабет, – ответили все хором.
Вошла мисс Рейнджер и начала урок.
Потом наступила большая перемена, когда можно было поноситься на улице или перекусить молоком с печеньем.
Гарри прибежал в класс Элизабет проверить, на месте ли записка. О да! Он вернулся к друзьям, показывая пальцем на девочку. Мальчишки столпились у неё за спиной и смеялись.
– Смотри, она кусается! – перешёптывались они.
Каждый раз, когда Элизабет поворачивалась к кому-либо спиной, раздавался смех. Она так рассвирепела, что готова была треснуть по башке любого, кто ещё раз откроет рот. Завидев в коридоре Джоан, Элизабет позвала её:
– Да что сегодня такое? Они все смеются у меня за спиной!