Телефон в кармане моего пиджака ожил бодрой мелодией, сменившейся не менее бодрыми словами:
life life in the trash give me my money give me my cash
Если играл трек от LITTLE BIG — Life In Da Trash, значит звонила моя горячо любимая подруга, удачно пережившая ужин с родителями. Они приехали сюда только на пару часов, так что, наверняка она уже освободилась.
— У аппарата. — Проговорила я в трубку, к сожалению Тэйта, который уже стал покачивать головой в такт мелодии. Я кивнула ему в сторону стройного ряда манящих бутылок с вином и он послушно повернул.
— Как ты? — В голосе девушки звучало искреннее беспокойство.
Знаете, это все выглядело даже немного смешно. Да, я чувствовала себя сегодня странно. Эта ситуация, происшествие, выбило меня из колеи. Также меня выбила реакция собственного организма и тела, будто все мои инстинкты взбесились и жаждали кинуться к этому парню, не смотря на то, что разум отчаянно не желал этого делать. Я чувствовала себя как два разных человека. И не понимала этого ощущения, вот совершенно. Может, все дело в том, что я провалялась столько времени в коме и моя жизнь расслоилась на две? Ох, ладно, оставлю самоанализ напоследок. Но сейчас дело не в этом, дело в том, почему все вокруг в такой панике носятся вокруг меня? Поведение друзей, от Тэйта (я назвала его другом? Вам показалось), до Андреа… Они выглядят так, будто если на меня дунуть, я могу рассыпаться в пыль, как хрустальная статуя. И никто не отвечает на вопросы. Хотя, на один Андреа точно ответит.
— У меня к тебе встречный вопрос: белое или красное?
— Белое.
— Отлично, во сколько тебя ждать?
— Я уже свободна, через час?
— Окей.
Я сбросила звонок, Тэйт, изучающий этикетки с вином, повернулся ко мне:
— Девичник?
— Yeap! — Я схватила две бутылки белого послусладкого и бросила их в корзину. Затем вымученно посмотрела на Тэйта. — Придется вернуться в кондитерский.
— Что? Тебе мало торта?
— Придет Андреа, она любит тирамису! — Развела я руками.
— Ох, хорошо, жди здесь. Я не хочу, чтобы поход по магазину закончился выкупом нас из тюрьмы.
— Не преувеличивай! — Фыркнула я уже спине парне. Оставшись одна, я задумчиво посмотрела на две бутылки и, поразмыслив, добавила еще одну.
Через пару минут Тэйт вернулся и бросил в корзину упаковку тирамису и пачку сыра. Увидив бутылку он вскинул бровь, заставим меня еще раз обратить внимание на светлый след от пирсинга. Добавлял он ему некий бандитский вид. Хотя о чем я? Он полностью был бандитского вида!
— Вы не сопьетесь?
— Нет, это, между прочим, лекарство. Я считаю, что вино и десерты должны продавать в аптеках. Это лучший вид антидепрессантов.
— Так у тебя все же депрессия?
— Не надейся меня подловить.
Позже, когда Тэйт меня и мою звенящую поклажу подкинул к дому, Андреа уже ждала меня, сидя на ступеньках и уткнувшись в телефон. Тэйт вынес сумки и, попрощавшись с нами, умчался. Очевидно, на обещанную встречу с Акирой. Ну или предложение Андреа «посидеть, посплетничать, о нашем, о женском», не показалось ему достаточно соблазнительным.
Мы с подругой расположились в гостиной на полу перед низким столиком. Две бутылки вина лежали в холодильнике (холодное белое — моя страсть), а вторая уже была открыта и выпита наполовину. Двумя большими ложками мы поедали десерты прямо из пачек, безостановочно смеясь.
Она рассказала как прошла встреча с родителями, какие фортеля выдает ее старший брат со своей невестой, я в этот момент отчаянно заскучала по своей семье. Навесить родителей я могла хоть завтра, а вот нестись к сестрам было проблематично. Мысленно добавив в список важных дел навестить всех родственников в алфавитном порядке, я отпила щедрый глоток вина.
— Итак. — Начала Андреа.
— Итак? — Улыбнулась я.
— Что думаешь?
Я пожала плечами. Не было смысла спрашивать, о чем она говорит.
— Я думаю, что хорошо, что сегодня пятница. А еще я думаю, что в понедельник «Феникс» превратиться в пчелиный улей, вместо меда наполненный слухами. Ты видела, какими взглядами нас провожал местный зверинец?
— Плевать. — Хмыкнула рыжая, запрокинув голову осушая бокал. — С тобой-то все нормально?
Я сбивчиво (может я сегодня не оратор, а может пол бутылки вина заставило меня выражаться на эльфийском наречии) попыталась объяснить теорию заговора в моем сознании. Она молча и внимательно слушала фэнтэзи на тему «Лекси и две ее личности», периодически задавая уточняющие вопросы. За что я люблю свою подругу — она любой бред выслушает и бровью не поведет. Более того, она никогда не подставит под сомнение правдивость и искренность моих слов. Правда сегодня, чем больше я изливала душу, тем сильнее нервничала и грустила Андреа. Странно.
Неаккуратно взмахнув рукой, я пролила немного вина на пальцы и ковер. Слизнув пару сладких капель я устало закрыла глаза и облокотилась спиной о диван.
Подруга молча колупала лак на ногте, как будто это было самое увлекательное занятие. А затем глубоко вздохнула.
— Судьба, странная штука. — Проговорила Андреа и я услышала, как мой бокал соприкасается с ее, звонким «дзинь», ознаменовав тост.
Глава 8. Мама, я в "дым"
Глава 8. Мама, я в "дым".
Дело не в дороге, которую мы выбираем; То, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу. О. Генри
«Дороги, которые мы выбираем»
Выходные прошли как… В общем — они прошли. В пятницу Андреа осталась у меня, мы смотрели кино и выпили все три бутылки вина. Так что в конце просмотра очередной серии «Бесстыжих» мы бились в истерике, то негодуя из-за нелогичных поступков персонажей, то поклоняясь милашке Йену Галлагеру. Отошли мы лишь к вечеру следующего дня и я выполнила «первый пункт» своего плана, уехав к родителям. Их (наш) новый домик был прекрасен, возможно, он был даже милее чем дом во Флориде. Хотя все это заслуга моей мамы — если она где-то появляется, там же немедленно появляется уют, комфорт, запахи чистого белья, вкусной еды и множество комнатных орхидей.
Распрощавшись с родителями в воскресение, и наполнив багажник авто гостинцами, я уехала обратно, проведя время за учебниками (учебу, к сожалению, никто не отменял). Ни один из Вудов в доме не появился. Возможно потому, что я провела весь день одна в пустом доме. Или потому, что за окном ближе к сумеркам разыгралась ненастная погода, которая к ночи превратилась в настоящий фильм ужасов с ливнем и грозой. Или потому, что события, произошедшие в Академии и поведение моих друзей, жутко нервировали. А может потому, что я читала на ночь сборник Роберта Блоха с его ужастиками и инкубом, преследующим героиню. Ну, или по всем этим причинам я умудрилась заснуть с книгой в руках, не выключая света, и провалилась в кошмар.
В моем кошмаре тоже был инкуб. Распутный демон из средневековых легенд. Демон секса, похоти, порока. Я не сомневаюсь, что это был именно он. Он прижимал меня к себе, блуждал сильными руками по телу, руки сменяли губы, в какой-то момент я стала задыхаться, а он ловил губами мои сбитые вздохи, шепча мое имя: «Лексис… Лексис… Лекси…Лекси…Лекси…». Этот знакомый голос и запах мужского тело сводили меня с ума. Я посмотрела на того, кто полностью владел моим телом, мыслями, эмоциями, душой…
Проснулась. Свет комнаты ударил по глазам, и я потерла мокрое лицо. Захотелось принять душ, ведь даже майка пристала к спине. Но сил не было. И все, что я могла вспомнить прежде чем снова уснуть: у инкуба были совершенно ледяные, пронзительные глаза. А знали ли вы, что лед обжигает сильнее, чем пламя? Я да. Теперь.
И вот, на календаре понедельник. Не смотря на ночные кошмары (а можно ли назвать их кошмарами?) начался он просто прекрасно. Судите сами: я не проспала, более того, я была бодра как никогда и даже с утра поменяла привычный распорядок дня, и вместо того, чтобы покрывать благим матом утро, я потратила это время на то, чтобы уложить волосы и накраситься. С появлением в Академии этого Блэка! Я не знала чего ожидать, поэтому, боевой окрас не помешает: война, так война!