На парковке мне досталось одно из наиболее удачных мест, а на бампере машины Брэндана уже сидела Андреа, дожидаясь меня.
— Хэй! — Встретила меня рыжая, достав из ушей наушники-капельки.
— Хэй! — Отозвалась я, сияя улыбкой.
— У кого-то прекрасное настроение?
— Не то слово, дайте мне точку опоры, и я переверну Землю! Оу, или нет: дайте мне порцию тротила, и я взорву эту местечко.
Хохоча, и строя планы по захвату территории, мы с Андреа пошли к учебному заведению. По пути нас нагнала Стейси.
— Девчонки, привет!
— Салют, итак, какие у нас слухи? — У нее была утренняя тренировка с командой, поэтому я не сомневалась, что она в курсе событий. Тем более, команда поддержки — именно то гнездо змей, где зарождаются сплетни и бредни. Безусловно, Стейс таковой не была. Просто любила спорт. И помпоны.
— Ну, вам короткую версию или с подробностями?
— Даже не знаю, на твой выбор.
— Тогда короткую и самую сочную: ты беременна от Адриана.
— Я что?! — Взвизгнула я, когда Андреа стала давиться смехом. Стейс невинно хлопала глазами.
— Беременна. Правда некоторые думают, что отец ребенка все же Тэйт, поскольку ты уехала с ним. А с Адрианом ты спала за его спиной. И что ваша конфронтация была показной, именно из-за этого.
— Какого хрена?! Кто это вообще выдумал?! Это какой надо обладать фантазией, чтобы…
— Шшш… — Внезапно в коридоре появился Тэйт, который уже некоторое время следил за нашим разговором и уловил его нить. Парень подошел ко мне, и, нежно погладив по щеке, выдал: — Не надо волноваться, милая, это может негативно сказать на нашем малыше.
Я не успела отойти от первого шока, как парень упал перед мной на одно колено и приник ухом к животу, поглаживая его и приговаривая:
— Как ты там, Джон Сноу?
— Джон Сноу?! Какой к черту Джон Сноу?! — Даже не знаю, почему из всей ситуации я решила возмутиться именно по поводу имени.
Тейт посмотрел на меня снизу вверх преданным взглядом:
— Тебе не нравится? Я всегда мечтал назвать сына в честь «Игры престолов».
Вокруг нас собралась толпа заинтересованных зевак. Андреа и Стейси плакали от смеха, придерживая друг дружку. Помните, что я говорила, про хорошее начало дня? Забудьте!
Я сделала глубокий вдох, сжала и разжала кулаки, и посмотрела на парня, уже вставшего передо мной и отряхивающего брюки.
— Те-е-ейти. — Пропела я самым сладким голосом. Он ожидаемо напрягся.
— Да?
— Беги. — С нежной улыбкой сказала я.
Ему потребовалась доля секунды, чтобы умчаться в сторону выхода, а я метнулась за ним. Нагнала я бывшую звезду футбола (Как оказалось, парень действительно подавал надежды, но неожиданно для всех перестал играть. Может тогда тренер и поседел — он потерял лучшего нападающего) по чистой случайности. В конце школьного двора он решил сократить путь через газон и поскользнулся на утренней росе. Я же, честно следовавшая за парнем, споткнулась уже об него, спикировав сверху, чем вызвала громкий болезненный вздох, а затем и сдавленный смех. К мужскому хохоту присоединился и мой, а вокруг стали слышны шепотки. Ох уж мне эти учащиеся, лучше бы на уроки шли. Я соображала, как выйти из странного положения, но не могла остановить приступ безудержного хохота. Тэйт же, ничуть не смущаясь, держал меня за талию, с удобством валяясь на траве, как на пуховой перине. Господи, главное в этой ситуации, чтобы у меня юбка не задралась. Я попыталась слезть с парня и, найдя носком школьного ботинка опору, привстала, но снова поскользнулась и вписалась носом ему в грудь. Тэйт запрокинул голову к небу (молится, что ли?) и в отчаянии забил рукой по траве, все еще смеясь:
— Какая же ты неуклюжая.
— Я?! Кто из нас первым тут растянулся?! — Фырча и насылая самые страшные проклятия на парня, траву, росу, юбку, и, конечно, прохожих, я все же поднялась и придирчиво осматривая себя, стала отряхиваться. На гетре остался след от зелени, волосы наверняка уже не уложены, синий бантик съехал, но в остальном — терпимо.
— Я не падал, я просто прилег. — Улыбнулся парень, закинув руки за голову, он смотрел на меня снизу вверх и даже не собирался вставать.
— Ох, да что ты! В следующий раз, когда захочешь отдохнуть, выбери местечко поспокойнее.
— Мне и тут неплохо: травка, солнышко, девушка, сверкающая своим бельишком перед моими глазами.
Мне потребовалось время, чтобы понять суть его заявления и перевести взгляд на свою юбку. Он поиграл бровями, показывая, что я не ошиблась с выводами.
— Ах ты гребаный извращенец! — Я пнула его в бок, и уже занесла ногу для второго пинка, как он схватил меня за нее и, дернув, заставил снова подскользнуться и растянуться на мокрой траве. Это какое-то проклятое место!
Секунду мы лежали, молча уставившись друг на друга, и тут лужайку перед Академией сотряс очередной взрыв дружного хохота. Я засмеялась так, что в уголках глаз собрались слезы, которые пришлось смахивать.
— Ой… Ох, не могу! — Пробормотала я, задыхаясь от смеха.
Тэйт усмехнулся и, подскочив, помог мне подняться, а затем, взяв меня за руку, чуть ли не волоком потащил через двор. Так мы и шли (ну, я пыталась это делать, не справляясь с управлением ног) на глазах изумленных одноклассников. Вообще, игнорировать их было довольно просто. Если посмотреть на Тэйта, то его вообще ничего в этой жизни не волновало. Ох, разве что «Шерри».
— Итак, на каком мы месяце? Не считай, что я тебе не доверяю, но все же я рассчитываю на тест ДНК. Не хочу воспитывать ребенка от Блэка.
Я закатила глаза и скинула с плеча руку парня, которую он уже успел туда забросить:
— Не начинай, прошу тебя.
— Вуд, О'Доэрти, вы не спешите на мой урок? — Миссис Стюарт, она же Гильза, она же преподаватель по математике и она же жена директора — стояла перед нами, мрачно осматривая из под огромных очков наш помятый внешний вид.
— Но звонка же еще не… — Мое возражение утонуло в звоне, оповещающем школу о начале первого урока. Гильза торжествующе посмотрела на нас.
— Миссис Стюарт, — Со всей серьезностью заявил мой спутник. — Вы опаздываете на урок.
Преподша вспыхнула от негодования:
— Вуд ты… Шагом марш, на занятия. — С этими словами она развернулась на каблуках и замаршировал в класс. Я хихикнула, и, дернув парня за рукав, последовала за ней. Может, этот понедельник все же очень даже ничего.
— Белые, кружевные. — Шепнул мне Вуд на ухо. Пока я поняла, что они имеет в виду сегодняшнее белье, которое он заприметил валяясь на траве, он уже с хохотом умчался на урок. Нет, все же что-то остается по-прежнему.
Адриан
«Летняя ночь. Она вышла из ворот своего дома, где я уже ждал ее минут 20. Она не опоздала, просто я не находил места дома, в ожидании встречи.
— Дай свою руку. — Говорю я, вместе приветствия.
Ее и без того большие глаза раскрываются чуть шире, в удивлении, но руку она протягивает. Я беру ее нежную и тонкую ладонь в свою, отмечая, какие тонкие у нее пальцы, украшенные простенькими золотыми кольцами. Медленно, смотря на нее, я кладу ее руку под куртку, ладонью на свою грудь, туда, где действительно бешено бьется за ребрами сердце.
— Бьется? — Спрашиваю я.
— Бьется. — Еле слышно, подтверждает она, а ее щеки заливает румянцем. От стеснения, от радости.
— Так оно бьется только при тебе, я же говорил… — Добавляю я и, достав ее руку, не выдержав, легко целую загорелые пальцы. Больше я ее ладонь не отпускаю, а переплетаю со своей, и мы идем на прогулку. Прогулку двух школьников, еще только начинающих разбираться в том, что же такое любовь, но точно знающих, как мы любим друг друга».
Писк будильника вывел меня из состояния воспоминания и заставил обратить внимание на время. 7 утра. Почему я вспомнил этот диалог? Не знаю. Тогда, впервые в жизни, я сделал что-то похожее на романтику… Я пытался завоевать сердце Алексис и постоянно убеждал ее в искренности своих чувств, а она не верила. Не верила и в фразы о том, что лишь при виде ее, даже когда я вижу от нее сообщение мое сердце начинает бить барабанной дробью. Мне хотелось разорвать грудную клетку и показать ей это. Хочется и сейчас. Хочется и сейчас…