Алёна с трудом пошевелилась, чувствуя, что колени были чем-то плотно прижаты к постели. Ой, не чем-то, а кем-то… На кровати валялось шикарное мужское тело. Голая грудь, мощные плечи разлохмаченная грива чёрных волос, открытый взгляд властных серых глаз. Мужчина уверенно прижимал Алёну к матрасу, используя её колени в качестве подушки. И девушка явно была не против, одна её рука зарылась в причёску мужчины, массируя затылок, а пальцы второй бродили по его лицу, очерчивая чёткую линию губ, прямой нос, высокие скулы, жёсткий подбородок, ощущая возбуждающее покалывание чуть отросшей щетины.
Но через несколько томительных минут мужчине, кажется, наскучило бездеятельное лежание, и его губы стали охотиться за тонкими пальчиками, прикусывая их, стараясь поцеловать изящное запястье, посылая своим горячим дыханьем сотни чувственных искорок бежать по женской коже, соскальзывая вниз, пощипывая соски, лаская животик и устремляясь к заветной развилке бёдер, оставаясь там, дарить пока ещё смутные желания. И мужчина, словно отвечая на это желание резко перевернулся, навис над девушкой, властно, требовательно заглянул в глаза, прочёл там нечто понятное лишь ему и сразу, одним резким движением обхватил своим ртом её губы, заставил раскрыться, протолкнул язык, опаляя обоих жаром, обязывая кровь быстрее бежать по венам, вынуждая Алёну сильнее и ближе прижиматься к мужскому телу, непроизвольно тереться бёдрами о всё увеличивающийся бугор, вызывая одобрительные мужские стоны. В то время, как его руки уверенно задрали недлинную сорочку, огладили попку, игриво шлёпнули чувствительную кожу. Губы наконец оставили рот девушки, жаркой волной пробежали по шее. Мужчина резко вздохнул, зарываясь лицом между пышных грудок Алёны, потёрся о сладкую кожу, покосился на горошину соска, впечатлился и покорно застонал, поглощая ртом яркую ягодку, заторопился, перекатил её между зубов, вызывая горячий отклик женского тела, уверенным движением колена раздвинул бёдра девушки, по-хозяйски расположился между ними, ещё раз заглянул в её полузакрытые в сладкой истоме глаза, заскользил дорожкой спешащих быстрых поцелуев по животу, опустил взор вниз, восхищённо охнул и нырнул между женских ножек, властно раздвигая бёдра, безошибочно находя языком самую горячую точку, скользя уверенными длинными пальцами внутрь, начиная вечные движения, исторгающие у подруги жаркие стоны. Его губы были безжалостно нежными, язык пытал бесстыдными ласками, даря всепоглощающее удовольствие, то почти доводя до грани, то отступая, вызывая протестующий женский стон.
Вскоре эта сладкая пытка утомила Алёну, и она решила, что в такую игру можно играть вдвоём. Девушка извернулась, принимая так любимую всеми пылкими любовниками позу 69. Её изящные пальцы заскользили по жёстким мышцам мужского пресса, подразнили игривым щипком крепкие соски, заставляя вздрогнуть сильное тело. А следующее уверенное движение ладони к его достоинству и, судя по размерам, гордости, вырвали хриплый стон из сжатых губ гара. В мгновение ока на мужских бёдрах уже не было так мешающей ткани, по коже пробежала струйка пота, а на уверенно выпрямившемся достоинстве чётко билась и пульсировала венка. Бёдра Алёны призывно колыхнулись перед его глазами, тогда как алчный женский рот нашёл свою цель, вызывая даже не стон – рык, даря бурю эмоций, побуждая женский язычок ко всё более смелым и жарким ласкам. В то время как его пальцы уверенно и чётко оглаживали гладкие влажные стенки, скользили внутрь, сладко потирая, нажимая, лаская дерзко, нежно, смело и бездумно.
Они дарили друг другу безумное наслаждение, доводя до грани и отступая. Уже в каком-то полузабытье, Алёна услышала властное мужское:
- Повернись, детка!
И мгновенно оказалась на коленях, с бесстыдно расставленными бёдрами, чтобы через мгновение ощутить резкий рывок и желанную наполненность. Движения его бёдер были уверенными и сильными, руки ласковыми, а губы и язык безжалостно нежными. Она уже не могла стонать, пальцы сжимали-комкали прохладную простынь, бёдра подпрыгивали, с упоением встречая каждое его движение. Стоны превратились в хрипы, мольбы, крики. Мужчина ускорился, движения стали ещё более хаотичными, одна рука пробралась между их телами, потёрлась о волшебную горошинку, его голос обжёг ухо то ли просьбой, то ли приказом: