- Элли, у тебя есть расчёска?
- Спасибо, милая!
- Ах, Даяна, позволь я поправлю твой наряд?!
- Девочки, нам нужно побыстрее привести себя в порядок и отправиться к мужчинам!
Эта фраза послужила неким спусковым курком, дверь распахнулась, и в уборную ворвались трое аджи. У Алёны снова знакомо разболелась голова, очевидно, гиены с помощью маги смогли избавиться от свойственного им запаха, на что и указало ухудшившееся самочувствие девушки.
- Что, крошки, попались…- фраза самого старшего, крупного рыжеватого мужика резко оборвалась. Он оценил обстановку и даже рискнул кинуться на стоявшего рядом огромного гара, но не успел нанести хоть какой-то ощутимый вред, как был скручен и уложен на пол.
Оставшиеся двое резко остановились, совершенно не ожидая оказаться в компании семерых волков. Их взгляды заметались, окон не было, единственная дверь забаррикадирована тремя крепкими гарами. Гиены попытались прорваться, но куда этим щупловатым оборотням было тягаться с крепкими и сильными гарами. А уж когда к отряду охраны через пару минут присоединились Глава Клана с братом и Орсом, аджи покорно обнажили шеи, не в силах сопротивляться выпущенной на волю мощи альфы.
Пока Грей давал волю ярости и гневу, Лоун отыскал взглядом Алёну с подругами, удовлетворённо рыкнул, переступил через валяющегося на полу гиену, не забыв пнуть по рёбрам, и устремился к любимой. Орс лишь раскрыл объятья, намекая Элли воспользоваться приглашением. Грей молча взял на руки Даяну, сделал пару шагов со своей бесценной ношей к выходу и уже в дверях коротко приказал:
- Допросите гиен и приберитесь здесь! Падальщикам не место на территории моего клана.
Альфа шёл впереди, не выпуская из рук любимую, вдыхая её привычно дурманящий аромат и чувствуя, как напряжение отпускает сжатые мышцы. Он направился не в праздничный зал, а к чёрному входу, ведущему к лестнице на второй этаж. Понимая, что после этого полного событиями и волнениями дня он дико устал нести свои полномочия и хочет лишь одного – оказаться наедине с любимой женщиной, обнять её, не обращая внимания на любопытствующие взгляды, тесно прижаться к нежному телу, вспомнить вкус кожи, губами разгладить морщинку, что появилась на лбу обожаемой эльвы… Судя по всему, айми тоже была не против уединения. Он мельком оглянулся на следовавших за ним Лоуна и Орса. Похоже, те думали так же…
Орс с Элли свернули в выделенную им гостевую комнату, и судя по раздавшимся за закрытыми дверьми довольному рыку гурала и нежному стону девушки, не стали терять время зря, с ходу приступив к снятию напряжения.
Лоун, подойдя к лестнице, молча закинул Алёну на плечо и быстрыми шагами стал подниматься на второй этаж. Он практически не держался за перила, лишь страховал свою бесценную ношу, удобно расположив огромную ладонь на попке айми, не отказывая себе в удовольствии нежно поглаживать упругие полушария. Едва войдя в комнату, мужчина позволил телу девушки соскользнуть с плеча, но лишь для того, чтобы прижать её к стене. Его руки исследовали тело любимой, словно желая вспомнить каждый изгиб, ладонь то обхватывала грудь, то сползала к бедру, губы ласкали шею. Язык успел пробежаться по метке, вызывая привычный бег мурашек к низу живота у любимой. Алёна кинула взгляд на нервно вздрагивающего гара, опустила ладошки на напряжённые мощные плечи, пробежала по крепкой шее, потянула к себе, заставляя нагнуться, чтобы поцелуями стереть грозную складку между бровями. Подняла согнутую в колене ногу, закинула её на жёсткую задницу мужчины, покрепче прижалась, томно потёрлась развилкой бёдер о недвусмысленно выпирающую ширинку, добилась шальной улыбки со ставшим уже привычным и родным оскалом острых клыков, тёмного блеска в глазах оборотня и только потом позволила себе расслабиться, обмякнуть в любимых руках, полностью отдавая инициативу избраннику, покоряясь его воле, следуя желаниям.
Волк довольно ухмыльнулся, смёл всё лишнее с невысокого комода, стоящего у двери, усадил на него свою добычу, коленом властно раздвинул ножки айми, переместился на пол, глубоко вдохнул манящий аромат, чуть прикусил нежную кожу внутренней поверхности бедра, провёл языком по щиколотке, лизнул вкусную ямку под коленом. Одним движением появившегося когтя разрезал мешающие трусики и впился в открывшуюся розовую нежность, слизнул женские соки, довольно облизнулся:
- Вкусссссная - заурчал, словно не волк, а наевшийся сметаны огромный котяра, чуть сжал зубами уже налитой шарик, добиваясь громкого стона-вскрика, позволил своему языку станцевать каскад сумасшедших па, что вызвали уже не одиночный стон, а мольбы: