- Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
Добавил пальцы, заставляя подругу извиваться и умолять о чём-то очень нужном ей. Приподнял голову, не прекращая ласкать рукой горячую глубину.
- Что ты хочешь, милая? Ты знаешь, что сказать, детка!
- Лоун, мне мало! Я хочу теебя! Всего!
- Как скажешь, айми, как скажешь!
Потянул на себя бёдра, выпрямился, заполнил, подмял. Резко, глубоко, одним движением. Остановился. Давая привыкнуть, ловя дыхание, улыбнулся, наклонился к стонущему приоткрытому рту, завоевал и его, сначала почти агрессивно, потом, словно наконец поверив покорности своей женщины, нежно, ласково, успокаиваясь и даря успокоение. А потом задвигался, каждым толчком, каждым прикосновением закрепляя и так неразрывные узы. Давая понять Алёне, что она только его, навсегда. Движения Лоуна ставили некий знак принадлежности, не давая возможности перечить, не оставляя шансов на то, чтобы отказаться.
И она не просто подчинялась, она была счастлива ловить каждый его выпад, сжимаясь, мешая выйти, ликуя от его возвращения, требуя заполнения каменной твёрдостью и мощью, заставляя вскипать кровь, всё громче и чаще стонать в его рот, шепча любимое имя, выгибаться от ласк. Пока в какой-то момент не вспыхнула от нестерпимого удовольствия, растворилась, уплыла, на мгновение забыв о нетерпеливых движениях, что стали ещё глубже, сильнее и резче.
Лоун отпустил себя, забил на изысканные игры и томные, полные неги, ласки. Он чувствовал каждое движение её пальчиков в своих волосах, каждую лунку, оставленную острыми ноготками на коже, каждый лёгкий поцелуй на шее, вознаграждая свою женщину долгожданной наполненностью, несдерживаемым рыком, первобытной мощью вечных движений, дарящих сладкую боль, таранящих податливое тело. Очередной сильный толчок, и вот и он сорвался за грань, не сдержав короткого крика, прикусывая брачную метку, даря своим удовольствием второй виток её наслаждению.
Несколько мгновений отдыха, и мужчина аккуратно придерживая девушку под попку, не выходя из неё, дошёл всё же до постели, опустился в неё, оставив любимую сверху и наконец заговорил:
- Это был первый и последний раз, когда ты рисковала собой! Поняла меня, айми?!
- Да, милый, как скажешь – томно произнесла Алёна – но ведь сегодня всё закончилось просто замечательно, и никто не пострадал!
- А мои нервы? – прорычал мужчина – И во всем виновато твоё непослушание!
- Вот лечением нервов-то я и собиралась сейчас заняться – прошептала женщина, призывно шевельнув бёдрами, – А потом, планировала даже извиниться за своеволие и резкость! - почувствовала живейший отклик мужчины и хрипловато рассмеялась, понимая, что ночь будет очень долгой
Следующие пара недель пролетели незаметно, в рутинных хлопотах по дому.
Алёна настояла на том, что будет продолжать готовить, Даяна решила попробовать поучиться приготовлению новых блюд, поэтому почти постоянно составляла ей компанию в кухне. Белла с головой окунулась в счетоводческие книги Стаи. Элли с Орсом отбыли в его жилище. Лоун занимался безопасностью Клана, так как произошедшие события выявили много дыр в действиях охраны.
Поэтому сейчас братья вдвоём выезжали на патрулирование территории, внимательно приглядываясь и к ландшафту, и к самим охранникам. Ведь, как бы то ни было, даже учитывая маскирующую естественный запах гиен магическое зелье, но трое аджи смогли проникнуть на Праздник Урожая…
Эпилог
Алёна открыла глаза и скривилась от резкого неприятного запаха. Она с трудом приподняла тяжёлую голову, огляделась, сумбур в голове начал складываться в единую картинку...
В лес, за пределами поселения гаров, она шагнула сразу после обеда, так хотелось увидеть ту самую границу периметра, что она, похоже, несколько увлеклась и забрела дальше, чем позволяли требования безопасности. Вот ведь и прошла совсем немного, глазела по сторонам, отвлекалась на причудливые растения и незнакомую местность. А потом странные шорохи, тот гадкий запах, движение за спиной – и удар… – а прилично её приложили, если провалялась без сознания несколько часов…Сейчас уже вечерело, в полумраке едва проглядывали толстые стволы лианы.
Она пошевелилась, почувствовала, что спина упирается в мягкую подушку листвы. Алёна догадалась, что находится в естественном лесном убежище, получившимся из корней огромных деревьев… Но где оно расположено? Насколько далеко от границ Стаи? Девушка не могла даже предположить. Тем более сейчас, едва очнувшись, а тут ещё все приятные ароматы леса перекрывал тот отвратительный запах, что пробудил её. Где-то совсем рядом не просто пахло, а невыносимо воняло! И это амбре исходило от приближающегося нелюдя! Он всё ближе и ближе, Алёна резко подняла голову, попыталась отодвинуться от входа, спрятаться. Однако ещё не пришедшее в норму тело не слушалось, все движения были замедленными, неуверенными, и женщине оставалось только с ужасом коситься на приближающегося самца, в руках которого была какая-то ампула. Что это за дрянь? Да ещё неприятный запах стойко ассоциировался с гиенами… Точно! В голове всплыли обрывки услышанных разговоров про то, что аджи давно пытаются проводить эксперименты над людьми и насильно обращают их в себе подобных! Похоже, что этот полоумный падальщик сначала оглушил почти на границе территории Клана, отволок в укромное место, а потом отправился за своей адской смесью… И эксперименты ведь были неудачными. Алёна бессильно застонала – она в лесу, одна, перед ней спятивший экспериментатор, и никаких сил на сопротивление. Вдруг откуда-то сбоку раздался громкий визг, и в ноги аджи бросился ярко-рыжий некрупный зверёк с пушистым хвостом и очаровательными ушами. Кицунэ?