— Неплохо сказано! — похвалил Снаркс, высунувшись из-за левого плеча Гакса.
— Нет ничего надежнее контракта! — добавил Бракс, высовываясь из-за правого плеча Гакса.
Я едва удержался от улыбки. Матушка Гусыня явно склонялась на нашу сторону. Как только это маленькое недоразумение разрешится, я поговорю с этой разумной женщиной как с союзником, ибо она непременно станет нашим союзником. А пока я смотрел в землю и пытался подобрать наилучшие слова. Как взялся бы за это учитель?
— Да мы, собственно, не возражаем, — пошел на попятную демон с молоточком. — Мы бы никогда не осмелились возражать Матушке Гусыне!
И все члены Комитета согласно закивали.
Матушка Гусыня улыбнулась:
— Я рада, что мы друг друга поняли. И больше никаких угроз этим троим! Вы — чужаки. — Она махнула рукой в сторону комитетчиков, а потом махнула второй — в нашу сторону. — А они — мои статисты, пешки. Они принадлежат мне, и я сделаю с ними все, что захочу.
Пешки? Сделает с нами все, что захочет? Так не говорят о своих союзниках. Я огорчился. Должно быть, я опять неверно оценил события. Может, следовало рассматривать Матушку Гусыню скорее как нейтральную сторону?
— Считайте, что вам повезло, демоны, — продолжала старая дама. — На этот раз я принимаю ваши извинения и согласна поверить, что вы попали сюда по ошибке. Но учтите: еще раз увижу вас здесь — это дорого обойдется Голоадии!
Демоны заговорили все разом:
— Конечно, конечно, Матушка Гусыня!
— Наше единственное желание — угодить вам, Матушка Гусыня!
— Мы сделаем все, что вы скажете, Матушка Гусыня! — прибавил демон с молоточком. — А не могли бы вы с присущей вам любезностью указать нам дорогу в Вушту или в Западные Королевства?
Матушка Гусыня вздохнула:
— Ладно уж, хотя я и не обязана этого делать. Но, похоже, нет другого способа избавиться от вас. — И она указала рукой куда-то за спину председателю. — Вон туда!
Демон растерянно повертел головой:
— И это все, что вы можете сказать мне? Вон туда! Нельзя ли чуть поподробнее?
Но остальные стали предостерегающе подталкивать своего вожака в бок.
— Все понятно, Матушка Гусыня, — пробормотал один из них.
— Большое спасибо за помощь, Матушка Гусыня, — подпел ему другой.
— Не пора ли нам удалиться, чтобы не мешать Матушке Гусыне работать с актерами? — с надеждой в голосе осведомился тщедушный болезненный демон.
— И помните о нашем договоре! — напутствовала их волшебница.
— О договоре? — Демон-председатель с трудом подавлял нервную дрожь. — Да-да, конечно, Матушка Гусыня. У меня и в мыслях не было ослушаться ваших приказов. Э-э… Так, значит, вон туда… — И он указал своим сподвижникам на запад. — Назад, под землю, братья-демоны!
Ворча и постанывая, комитетчики подтащили свой стол для заседаний к самому краю расселины, после чего один за другим попадали в яму.
— Ну наконец-то! — вздохнула Матушка Гусыня. Она испытующе оглядела оставшихся, потирая руки в предвкушении работы. — Хватит отлынивать. Принимайтесь за дело!
— Но… — начал было я.
Похоже, она меня даже не услышала. Старушка проворно полезла вверх по склону холма. За ней трусил верный говорящий волк. Ну как убедить ее, что наше дело — правое, если она и слушать не желает?
— Ах, Вунти! — прошептала Эли мне на ухо. — Она назвала нас пешками!
— Да уж, — отозвался я, втайне желая, чтобы барышня отошла от меня чуть подальше. — Думаю, она нас недооценивает. Эта женщина так поглощена выдумыванием своих сказок, что вне их сюжета просто никого не воспринимает. Пока она нас снова не околдовала, надо успеть выработать план побега.
Бывший Большой Хухах выступил вперед и, чтобы привлечь к себе наше внимание, поднял обе когтистые лапы и крикнул Браксу:
— Начинай!
Я решительно положил руку на плечо опального демона и опасливо покосился на Эли и Хьюберта:
— Пожалуйста, не надо декламации… И песен с танцами тоже не надо… пока я не закончу. Боюсь, время у нас ограничено.
— Более чем ограничено! — желчно заметил Снаркс. — Старушка уже почти взобралась на холм.
— Нет еще, — возразил Хьюберт, который был рад любой возможности не согласиться с правдолюбивым демоном. — Она разговаривает с волком. Должно быть, о том, что волосатые персонажи придают сказкам жизненность и достоверность. У нас есть еще минутка, — улыбнулся дракон, — драконьим ушам можно доверять!
Снаркс кивнул:
— Право, слух у драконов явно лучше, чем голос!