Выбрать главу

— Ф-фу! — невольно произнес он.

— Кто здесь? — хором спросили голоса в соседней комнате.

Три пары ног затопали по направлению к двери той комнаты, где находился Вунтвор. Другого шанса спастись у него не будет. Надо было прыгать. Сейчас или никогда.

Прыгать в колодец, полный слизи? Ни за что! Но он почти передумал, когда в дверном проеме показались три фигуры.

Гакс Унфуфаду, демон-папа, —

сказало отвратительное красно-синее создание, —

Теперь незнакомку ясно видит! Она не только сидела на наших стульях, — Она мутит слизь в наших колодцах!

Второй демон кивал серенькой головкой, отчего волосы, схваченные у него на затылке, болтались, как змея, бьющаяся в судорогах. Впрочем, то, что украшало затылок демона, вряд ли можно было назвать волосами: скорее это напоминало Вунтвору пучок спутанных водорослей.

— Она и мой колодец мутила! — добавило второе создание фальцетом.

— И в моем колодце тоже рылась! — сказал третий уродец, на котором красовался кружевной чепчик. — Вот она!

Она? Вунтвор на секунду удивился, но потом вспомнил о своем костюме.

— Это человек! — продолжало чудище в чепце. — Это женщина!

Существо с водорослями на голове приветливо помахало лапой:

— Добро пожаловать, Златовласка! Мы тут вполне цивилизованные, так что сперва представлюсь сам и представлю моих спутников, а потом мы тебя съедим.

И «длинноволосая» указала на самого крупного из троих:

— Вот это демон-папа. Это наш демон-сынок. А я, стало быть, демон-мама. — И хвостатая заговорщически подмигнула Вунтвору. — К твоему сведению, в свободное время я приторговываю подержанным оружием.

Тут демон-папа огласил комнату громким криком:

Гакс Унфуфаду, демон-папа, Видит нахальную Златовласку. Он приправит ее постным маслом И съест с тушеной капустой!

— Папа прав, — благодушно согласилась демон-мама. На ней было оранжевое платье и зеленый фартучек. — Как удачно, что ты к нам зашла! Золотоволосые девочки такие нежные на вкус!

— Даже такие? — сморщился демон-сынок. Подгузник выглядел на его зеленом чешуйчатом теле в высшей степени нелепо.

— Успокойся, сынок! — урезонила его демон-мама. — Выбирать не приходится. — И «мама» приветливо улыбнулась Вунтвору. — Пройди, пожалуйста, вон туда. Кажется, у меня есть подходящий котел.

Вунтвор неимоверным усилием воли подавил в себе панику. «Они вполне разумные существа, — сказал он себе. — С ними можно будет договориться».

— Да уж, — сказал он. — А что, если я вовсе не тот, за кого себя выдаю? Что, если я, скажем, переодетый путешественник?

— А что, если тебя, скажем, кинуть в колодец с кипящей слизью? — ответил на это демон-сынок. — Несдобровать тому, кто вздумает дурачить демона-папу!

— Да, — согласилась мама, — папа у нас с характером! Но ты не волнуйся, ладно? — существо в оранжевом платьице задумчиво посмотрело на Вунтвора. — Каких-нибудь сорок пять минут при температуре сто градусов — и все волнения останутся позади.

— Да уж, — приуныл юноша, понуро следуя за демоном-мамой в кухню. Он рассудил, что там он будет ближе не только к печке, но и к выходу из пещеры.

— Ты пока присядь, — сказала демон-мама, широким жестом указав на сверкающий чистотой кухонный стол. — Да, раз уж ты все равно сидишь без дела, не поможешь ли мне почистить морковь? Время быстрее пролетит. — Бессовестное создание открыло кухонный шкафчик, из груды острых ножей выбрало самый маленький и вручило его Вунтвору. — Здесь ни от кого помощи не дождешься!

Юноша взял нож и стал чистить морковь. Он подумал, не использовать ли этот ножик как оружие. Но он ведь маленький! Удар будет все равно что булавочный укол. Тут-то Вунтвор и вспомнил о том, что у него на поясе висит меч. Демон-мама мелко крошила лук и болтала без умолку:

— Я понимаю, что мой вопрос теперь, когда мы собираемся тебя съесть, не к месту, но все же: кто тебе укладывает волосы? Посмотри на мои! Что ни делала, все без толку. Хорошо, что у меня есть и вторая профессия. Забавно — до чего легко окружающие мирятся с твоей непривлекательной внешностью, стоит лишь показать им твою коллекцию оружия!

— Э-э, да уж… — Вунтвор считал нужным поддерживать разговор, пока не придумает, как ему спастись. — Э-э… Я ничего особенного не делаю со своими волосами. Они у меня от рождения такие…