— Приветствую новичков в таверне «У крестов». Правила знаешь?
— Цена не поменялась? Пять к бармену и восемь к барыге?
— Всё правильно. Мы стабильны как…
— Не уточняй. К торговцу хочу.
— Восемь кредитов.
Я подумал и взял его за запястье быстрым движением, вцепившись крепко, чтобы не вырвался. Он дёрнул рукой на себя, но, кажется, показатель моей силы был чуточку выше.
— А если я сейчас куплю оружие и вернусь? Отрублю тебе башку, заберу шмот и впущу народ бесплатно? Что будет?
Он расслабился и не забирал руку. Мы так и стояли, улыбаясь друг другу.
— Я вернусь. Не сразу, но вернусь. И скорее всего не один. Я сразу напишу в гильдейский чат и сообщу твой странный ник всем: Крематорий. После этого твоя жизнь на этом кластере превратится в ад, а на других — в кошмар. И смена ника тебе не поможет. Мы тебя найдём и будем продолжать «гнобить», пока ты не уйдёшь из этой Игры навсегда. Но, скорее всего, я тебя завалю, чтобы ты там не приобрёл у торговца.
Я отпустил его руку и напрягся. Он даже не вспотел, а у меня руки дрожали. Чёрт. Кажется, пришло время прогибаться под виртуальный мир.
Со счёта благополучно списалось восемь кредитов, и охранник, улыбаясь, ушёл в сторону. Я всё ещё опасался удара в спину, но он не тронул мою беспомощную тушку.
Продавец сидел в угловой комнатке и шуршал свитками. Дед, похожий чем-то на старого джина с длинной бородкой, в круглых очках и с брекетами, которые блестели как стекляшки под ярким солнцем. Он взглянул на меня мельком и махнул рукой, призывая присаживаться. Охранник повернулся спиной и уселся на своё место.
— Доброго утречка, путник, или уже полдень?
— Не знаю, часы не ношу.
Я поёрзал на стуле, который был максимально неудобным и жёстким, а также будто специально противно скрипел. Вот у охраны стул был нормальный. Хотя какой он охранник — рэкетир в чистом виде. В мои времена таких в машинах взрывали или в цемент закатывали.
— Хочешь что-то приобрести, путник? У меня лучший выбор товара в Тихих Холмах.
— Потому что ты монополист — уточнил я. — Слушай, а это нормально вообще?
Я показал на представителя чёрных крестов, который начал протяжно зевать, даже не закрывая рот. Торговец лениво посмотрел на него поверх очков и продолжил перебирать свои бумаги.
— Такой же путник, как и ты. Появился недавно, отдыхает, с людьми общается.
— Да? — я убедился, что никто не подслушивает и наклонился к торговцу, — а ты в курсе, что он мзду с посетителей берёт? Не обидно за виртуальную державу?
— Я не понимаю, о чём вы, но таверна «Пиво и мечи» всегда готова принять гостей, а я продам всё, что можно продать молодым искателям приключений.
— Ладно, — я махнул рукой, переводя разговор, — что там у тебя есть? Цена не важна.
У продавца сразу открылся фонтан, и он начал вещать про оружие, припасы, одежду, какие-то кольца, специализированные вещи для разных классов. У меня чуть дым из ушей не пошёл. С живыми мертвецами было проще. Плюс какую-то еду он продавал, напитки, целебные мази от всяких напастей, стрелы, болты, кошели, кошёлки, свитки для обучения, книги для применения. Через пять минут я уже слышал только «бу-бу-бу» и смотрел на дирижирующего ножиком рэкетира. Он подбрасывал его и ловко ловил двумя пальцами. Целился в посетителей, замахивался, но не заканчивал бросок и вздыхал от скуки. У дверей собралась целая очередь. Все смотрели на меня исподлобья, будто хотели сказать что-то нехорошее.
— Будете что-то брать?
— Нет, — сказал я и поднялся. Лицо у продавца разочарованно вытянулось. — В следующий раз. Не определились мы.
Он что-то бубнил вслед про потерю времени и «заходите ещё», а я уже медленно брёл, разглядывая затылок патлатого вымогателя. Положил ему руку на плечо, и он замер, но не дёрнулся.
— Решил всё-таки попытаться?
— Нет, — сказал я. — У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
Случайные посетители смотрели во все глаза и слушали во все уши.
— Интересно, — он даже развернулся вместе со своим удобным стулом.
— Я заплачу тебе сто кредитов, а ты пойдёшь покурить до вечера. Пусть парни и девчонки скупаются со скидкой.
Он хмыкнул, потом улыбнулся, потом засмеялся, потом заржал и продолжал ржать вместе со своими клиентами, пока я не вышел из этого вонючего кабака. Не прокатило. Стоило попробовать.
Не знаю, зачем я это делаю, но как же меня раздражает несправедливость этого искусственного мира. Бараны выстроились в очередь, чтобы заплатить тому, кому не должны. Я сам сунул ему девятку, как и в гостинице, и следующие будут платить, и те, кто придут после них.