— Так не принято, — покачал головой воин. — Это твоя судьба. Люди хотят слушать тебя. Есть в тебе что-то… мудрость какая-то и внутренний возраст. Кстати, сколько тебе лет, Крематорий?
— Какая разница, — я отмахнулся. — Вечно молодой, вечно трезвый. Музыку любишь?
— Не, — махнул лапой воин. — Только военные марши. А что?
— Ничего.
Как любой мужчина в полном расцвете сил, я приучен никому не верить и знаю, что халявы в жизни не бывает. Слишком невинно выглядит избушка, слишком вольготно мы тут расположились с нулевой подготовкой.
— Мы начинать будем или нет?
— Не спеши. — Я присел на корточки и начал чертить палочкой на земле план. — Вот избушка, внутри старушка, вот воины, вот я (крестик) перед дверью. Как будет проходить бой?
Молния присел рядом и начертил крестик внутри домика.
— Сначала ты заходишь внутрь и просишь о последнем задании. Бабка обещает отдать кольцо и выходит с тобой во двор.
Он затирает крестик и рисует его перед чёрточками, обозначающими воинов. Нолик со старушкой — во дворе, а перед ним ещё несколько крестов, напоминающих противотанковые ежи.
— Выносим врагов — и всё? Старуха отдаёт сорок колец?
— Ну, вообще-то есть ещё вторая стадия. Когда проходишь группой, придётся сразиться со старушкой. Она возьмёт косу, поднимет парочку жмуров, и только с её тела можно будет наконец забрать кольца.
— И всё? — Я смотрел на воина и видел сомнение в его глазах. — Что?
— Я не уверен, — сказал он, — но мы будем как бы рейдом идти. А у рейдовых боссов есть третья стадия — финальная.
— Не томи, — не выдержал Огонёк, который тоже был рядом и внимательно слушал. — Какая финальная стадия?
— Так откуда мне знать? В Инкубаторе никто не додумался рейд собирать. Ты — первый.
5
Молнию я назначил своим серым кардиналом, офицером, специалистом по связям с общественностью. Огонёк, наверное, обиделся, но что поделаешь.
Перед боем мы решили немного толпу организовать, чтобы не было толкучки и неразберихи. Я выделил четверых крепких ребят с мечами и щитами, таких местные называют «танками», и каждому назначил своего личного врача. То есть девчонки из тех, что умеют лечить, получили задачу — беречь своего воина и только его. Конечно, можно помогать другим, но в рамках разумного, приоритет — забота о своём командире
Задача воинов-танков — разбивать врагов на группы и держать атаку на себе, пока с ними разбираются лучники, маги и другие воины. Задача лекаря — не дать танку умереть. В каждую группу я поставил мечников, лучников, магов и приказал держаться своего руководителя. Переключаться на другие цели строжайше запрещено. Лечить всех остальных задача одного лекаря. Должен справиться, если воины не будут тормозить и удерживать врагов на себе.
Такой вот нехитрый план. Помогаем ребятам по просьбе Колючки и разбегаемся как мексиканцы на американской границе. Огонька заберу с собой, потому что мы повязаны, а Молния и Пилюлькин наверное уйдут на вольные хлеба. А мы отправимся на поиски моего внука.
— Ты заходишь?
Совсем задумался. Оборачиваюсь — Молния по плечу стучит, я на крылечке, сорок пар глаз следят за мной, ждут отмашки, а кто-то вдруг решил помечтать и расслабиться. Улыбаюсь и подмигиваю соратникам. Надеюсь, это выглядело достаточно ободряюще.
Ручка в двери холодная, так сильно морозит ладонь, что обжигает. Бабке не мешало бы настроить кондиционер, я тяну дверь на себя и захожу.
Внутри своя атмосфера. Вдоль стен развешаны пучки вонючей травы, в печи поднос с горшками из которых поднимается дым, источающий малоприятный аромат колдовства. Бабка стоит ко мне спиной, скрестила руки на заду и рассматривает рисунок на стене.
Я нарочно громко хлопаю дверью о косяк, потом кашляю, но ведьма не позволяет играть по моим правилам и держит свою линию. Она что-то напевает и почти уткнувшись носом в надпись начинает водить по ней пальцем. Держит паузу, нагнетает.
Я слышу гул барабанов, где-то за чертой инкубатора, десятки зелёнокожих музыкантов выстроились рядами и монотонно молотят палочками по пластику. Почему представляю зеленокожих, я не знаю, такая вот картинка сформировалась в стариковском подсознании. Кто знает, чего у меня там накопилось почти за сотню лет — вот и выдаёт такой компотик.
Аромат, густой как туман, стелется в комнате, можно дотронуться рукой, можно связать в узел, распихать по карманам и вынести при желании.