За длинным столом сидят полураздетые стражники: алебарды, мечи, латы стоят и висят на подставках у стены. Парни уставшие, запухшие пьют что-то пенное из огромных кружек и шлепают картами по деревянной поверхности. Усатый с татуировкой на плече вяжет в стороне, мелькает спицами, как вор кинжалами и никто не смеётся над ним и даже не косится с усмешкой.
Я вхожу первый и киваю молча, но они не реагируют, только усатый зевает и показывает остриём спицы на двери. Остальные только чешутся и лениво провожают нас взглядами. Так, в полной тишине, мы пересекаем двор. Огонёк смотрит на меня и со вздохом берется за молоток на двери и стучит.
Тишина: стражники продолжают игру, усатый рыгает некрасиво, громко и протяжно. К двери никто не идет. Никакого привратника, консьержа, швейцара. Приходится самому хвататься за ручку и тащить дверь на себя. У местных возражений нет — им всё равно, а мы входим в дом.
Внутри множества шкафов у стен, воняет мужским потом — амбре неприятное. У каждого шкафчика стоят сапоги, грязные или начищенные до блеска. Валяются шпоры. Висят мечи, шпаги. На одном шкафчике даже порнографическая картинка с эльфийкой. У другого приоткрыта дверца и свисает пряжа.
— Дай угадаю! — слышу новый голос в этой каморке и из небольшой двери выплывает еще один офицер. Он очень сильно напоминает того, что мы встретили у блокпоста. Сейчас офицер был без шлема и цвет формы другой, но это точно был он. Или близнец. — Дай угадаю. Пришли за наградой от брата.
— Все письма розданы, — откозырял Огонёк.
— Кто работу делал, тот опыт и получает — он на меня смотрел, когда этого говорил. Ну и ладно, не очень и хотелось, но Огонёк стал возражать.
— Мы состояли в группе, когда делали задание. Опыт и награда должна быть на двоих.
— На задания по доставке это не распространяется. Кто письма вручил, тот награду получил. Давайте ваш браслет.
— Фиг с ним, Федя. Давай уже забирай и погнали дальше.
Огонёк с таки недовольным видом протянул браслет, будто это ему опыт недоливали. Пикнули и я развернулся к двери, но как бы не так. Знаете, что этот гад, сказал?
— А вас Егор Юфимович я попрошу остаться.
Именно.
Вижу, Огонёк замер и уставился на офицера. Я и сам рот открыл. А этот стоит довольный, усы теребит.
— Ну что, придурки, поговорим? Фёдор — дверь на засов закрой и у стола садись. Дед может и постоять, он всё равно дохлый.
— Зятёк? — догадался я. — Реинкарнировал в местного полицая? А что так можно было? Чего раньше в жирного зомби не превращался? Тебе бы идеально такой «лук» подошёл, а я бы с удовольствием тебе пузо прострелил.
— Нет. — Солдафон подошел к столу со своей стороны и сел. — Это не я. То есть не он. Это — я. Мое имя вам не обязательно знать Юфимович.
— И кто же ты тогда? Фальшивый игрок?
— Я — бот. Садитесь уже Фёдор, хватит маячить. Привет вам от жены и детишек.
— Ишь ты, фокусник.
Я тоже схватил ближайший стул и уселся напротив нового собеседника.
— Интересно, бот. Разве тебе не нужно роль отыгрывать? Если так каждый будет вскрываться, то мы совсем кайф от приключений потеряем. И за «придурка» ответишь.
Он медленно повернулся ко мне и голос не дрогнул.
— Это было послание от вашего зятя, дедушка. Он просил озвучить. Лично я ничего против вас не имею, Юфимович.
— Тогда объясните, что здесь происходит, — влез в разговор старших Огонёк.
Ему ответили.
— Я оказался должен нашему общему знакомому услугу. А он говорит, что вы на письма не отвечаете, на связь не выходите и мальчика не ищете. Недоволен человек вашим поведением и настроем — меня попросил разузнать обстановку и помочь. По мере сил, конечно.
— С этого места подробнее, — попросил я.
— Вам, как деду, должно быть стыдно. Внук на каторжных работах мучается, а вы непонятно чем занимаетесь. В инкубаторе так долго сидели, опять врагов ищете.
— Из той зоны инкубаторской попробуй выйди. А народец тут вредный, что поделаешь. Каждый мнит тебя уродом несмотря, что сам урод.
— Именно таким он вас и обозначил, — кивнул бот. — Позвольте представиться, капитан Городской Стражи Хромой. У меня на правой ноге нет большого пальца и это немного влияет на походку. Откуда и прозвище.