— Для деда вы слишком агрессивный. Мой предпочитал рыбалку, а не ссоры, например. Не знаю, как вас друг только терпит. Продолжим разговор или у вас слишком много времени?
— Бесконечно много. Но вот у Тарасика — не очень. Так что давай ближе к делу. Я так понимаю, у тебя есть рацпредложения или хотя бы мысли по теме? Пятилетку за год и так далее. Как мы сможем ускорить процесс поиска, даже если на одном кластере можно завязнуть словно в болоте?
Офицер побарабанил пальцами по столешнице, выжидая, держал паузу. Я уже не стал ему мешать и покорно ждал. Потом он разродился новыми мыслями.
— В этой локации у нас шахта. Да, там может сидеть ваш внук, но это не точно. Вероятность небольшая, но она есть всегда. Можно было бы проверить, но контролирует шахту некая Атаманша. НПС, бот, и с ней не договориться. Старая школа, из ветеранов. Эта гвардия открывала игру. Но не будем вдаваться в исторические справки.
— Может, позже, — уточнил я.
— Ага. То есть чтобы попасть в шахту, нужно выполнить задания разбойников, прокачивать репутацию с этой ордой — и только тогда вас допустят в шахты. Этот вариант мимо. Есть ещё один. У Атаманши есть артефакт «Хроника Пыточных». Там отражены все крики узников. Это — магическая книга. Если добыть её, то можно узнать, есть ли внук на кластере.
— А если нет — то уходить, не теряя времени. Мне нравится. Как книгу добыть?
Стражник покачал головой:
— Только победив Атаманшу в бою. А для этого нужно собирать рейд на сорок человек.
— Опыт имеется, — я похлопал напарника по плечу. — Правда, Огонёк? Сдюжим?
Он почему-то отвернулся и загрустил.
— Настоящий рейд — это не детский сад в Инкубаторе, хотя удивили тогда — согласен. Нужно собрать сбалансированный отряд из сорока прокачанных, мотивированных воевать часами бойцов. Прокачанных, правильно одетых, правильно расставивших навыки. Такие рейды собирают только топовые гильдии. При всём уважении к старости — ваша репутация тут подпорчена, а опыта настоящего рейдлидерства, как понимаю, нет ни у кого из двоих.
Я вспомнил работу, вспомнил воспитанников, стройки, уборки, баню, учёбу — и… ничего не сказал. Наверное, это всё-таки не тот опыт.
— Я так и думал, — согласился сам с собой начальник и продолжил. — Я ещё поискал. В игре есть навык «След крови» — он позволяет искать по кровному родству. Требуется только вещь внука, внутриигровая. У вас есть?
Я развёл руками.
— Так и думал. Но в заметках можно оставить — мало ли что. Есть ещё вариант с заклинанием. Некроманты обладают навыком «Где скорбь моя?» — он позволяет чувствовать страдания близкого. Навык отсылает к тёмным шахтам, где страдают заключённые. Вот только нужно быть некромантом, а не кинетиком.
— А перекреститься нельзя? — поинтересовался я. — Я бы попробовал со скелетами поиграть, уже думал об этом.
— Нет, хотя уточню, если не забуду. Ещё говорят, что где-то существует легендарный список должников. Там указаны все. Вот только бумагу эту в игре не достать, а вам хода на свободу нет, как и напарнику.
— Зятёк?
— Ищет. Но вряд ли у него это получится. Я тут порылся в Сети и не нашёл ни одного доказательства, ни одного свидетеля, ничего подтверждающего то, что «Список должников» существует. Так что процент не выше того, что внук окажется в ближайшей шахте. Ещё говорят, что можно рандомно получить проклятие родства, когда игрока тянет к своей родне в игре, минуя даже кластеры, но как его получить и правда ли это — я не понял. Опять же — только слухи.
— Одни слухи, — тихо сказал Огонёк. — А толковое решение будет? У человека родственник в плену.
— Я нашёл кое-что, — выдохнул стражник и оглянулся, будто ожидал кого-то увидеть за спиной. Потом он поманил меня и наклонился ближе. Мы тоже приблизились к нему, чуть не стукнувшись лбами. — Ну, это будет вам стоить.