Он осмотрелся вращая глазами и игроки отворачивались, опускали головы будто в чем-то виноватые.
— Не бойтесь, люди! Это касается только тех, кто организовывал нападение! Сорок игроков-мудаков объединились вокруг одного мудака. На лицо красивого, а в душе старого и ворчливого, как больной всеми болячками мира пенсионер.
Он театрально показал на меня и я ухмыльнулся, а что можно было еще сделать? Плюнуть ему в ладошку? Так далеко — промахнусь. Направить харчок телекинезом? Так пэкашером засчитают, а я не должен нападать первым. Дед старый, но не дурак.
— Вот он! Стоит — ухмыляется! Втянул вас в проблемы и лыбится, думает, что снова выкрутится! Нет, сегодня наказание будет неумолимым! Все, кто участвовал в нападении понесут наказание! Не пытайтесь скрыться! У нас все ники записаны! Не пытайтесь выйти из игры! Мы знаем ваши реальные имена и номера банковских карточек! Мы знаем где вы живете и сколько жена оставляет кредитов в магазине. Кто побежит — тому будет хуже! Кто останется и признает вину — отделается лёгким наказанием! Гильдия «Черные кресты» — это не сборище злопамятных интеллигентов! Мы рационалы! Кто сколько навредил, столько и вернёт с процентами! Все, кто участвовал в атаке будут наказаны! Не оказывайте сопротивления и на вас будут наложены штрафы! Кто не сможет выплатить немедленно отправится на рудники, чтобы отработать.
«Интересно, — подумал я в тот момент: Наверное меня в Кресты не примут».
— Это не так страшно, как кажется! Отработаете долг и можете спокойно покинуть шахту через главные ворота! Но всегда можно остаться и многие так делают! На самом деле у бригадира довольно большая зарплата и своя квестовая цепочка!
— Мы в детстве за партизан играли, а не за полицаев.
— Что? Кто это сказал? — Горняк обернулся и сжал кулаки, — А, это ты… Опять.
— Значит так!
Не закончив фразу, я с силой толкнул ближайшего охранника и шагнул вперед. Не кинезом толкнул, а просто двумя руками в грудь. Красной таблички не появилось, сирена не завыла, а значит всё правильно. Тонкогубый упал не удержавшись на ногах и возмущенно кричал, но я уже не слушал и подошел к этому как его… На первую букву алфавита. Подошел и в глаза ему глянул, да так что ему пришлось глазки прятать. Трусливые мелкие глазки. Несмотря на редкий шмот, несмотря на поддержку гильдии за спиной он боялся. Но не меня. Я всего лишь новичок. Дед, который не любит быстрый дофамин и крикунов. Но когда дед был помоложе кулак у него был тяжелый, не то, что эта виртуальная лапка. И малолетний игрок почувствовал меня, почувствовал и принял свой страх. Шагнул в сторону и пробормотал: «Наверное вы хотите что-то сказать».
У меня крутилось что-то в башке. Что-то что я не мог сформулировать. Я видел эти глаза вокруг. Эти виртуальные, пластилиновые личности за которыми скрывались настоящие люди. Дети, подростки и даже отягощенные годами взрослые. Здесь были черные, белые, желтые. Носатые, усатые и пейсатые. Здоровяки и инвалиды. Бухгалтеры и строители. Спортсмены и любители выпить. Отличники и отличницы. Двоечники и прогульщицы. Разные люди.
14
— Давай, — прошептал Федя. — Скажи им так, как только ты умеешь.
Я засомневался было, но он и слушать не стал. «Можешь, если захочешь, ленивый чёрт».
И я попробовал. Только начал было говорить, как синий огонёк мелькнул и в горло впился, а голос усилился будто я начал говорить в рупор. Местная магия, не иначе. Спасибо, неизвестный, кто бы ты ни был.
— Много народа собралось! Смотрите на меня, как бараны на ворота! Как Сталин на Троцкого! Как Ленин на Буржуазию! Как анимэшник на старого рокера! Как Т-800 на Т-1000. Как дискета на терабайтный винчестер! Короче не понимаете, что происходит и где ваши вещи! Но обращаюсь сейчас я не к вам, а к тем, кто помнит меня. Кто помнит Крематория! Кто помнит легендарную битву!
Я помню вас! Помню вас всех, хотя мы встречались пару раз! Но тот рейд, который мы прошли вместе показал кое-что! Да, слишком пафосно звучит, и вы, наверное, думаете, что Крем совсем роликами поехал и хочет втянуть в очередную глупую авантюру? На оба вопроса ответ «Нет». Дедушка Крематорий еще в порядке! И никуда я вас втягивать не собираюсь, по крайней мере насильно. У нас ведь тут демократическая и дружелюбная игра, правда? «Песочница», — подсказывает мой друг с тыла. Только в следующий раз предупреждай, когда приближаешься сзади Огонёк, а то я такого не люблю! О чём это я?