Первую неделю после отпуска полностью заполнила работа. За время моего отсутствия накопилось множество нерешенных дел, куча бумаг, что ждала рассмотрения и одобрения, огромный список контактов, кому должна была позвонить и стопка документов, которые необходимо было либо скорректировать, либо вообще переделать.
Периодически от работы отвлекали девчонки, заглядывая в дверь или звонили по внутреннему телефону, напоминая о том, что пора сходить на обед или на перерыв, выпить чашку чая. У меня появилась новая привычка и я полюбила сладкий холодный чай. В перерыв, не успевая выпить чай горячим, он обосновывался на моем рабочем столе среди гор документов и канцелярских принадлежностей. Пришлось купить большую кружку, которую можно было прикрыть крышкой, чтобы не разлить содержимое нечаянным движением руки или не сдвинуть очередной папкой с документами. Подруги были не рады такому изменению дел. Если раньше мы могли поговорить в обеденный перерыв, то теперь, наскоро перехватив что-нибудь лёгкого, я снова убегала на рабочее место. Работа стала моим спасением от мыслей и расспросов подруг об отпуске, своих впечатлениях о стране и о семье Хейвуд.
Еще больше расспросов появилось, когда им вручила сувениры, привезенные из Англии в один такой десятиминутный перерыв. Мы пили чай в своей комнатке, когда я вспомнила о пакете с сувенирами, который засунула утром в шкаф, как только пришла на работу. Достав пакет, что принесла на работу в первый день, но каждый раз откладывала момент, оттягивая его, раздала девчонкам небольшие коробочки, завернутые в подарочную грубую бумагу и перевязанные обыкновенной бечёвкой. Я не знала, что в этих коробках. Сувениры для подруг планировала купить на обратном пути в Лондоне, и была в растерянности, что именно хотела бы привезти своим девчонкам, о чем и зашел разговор как-то вечером, когда сидели в гостиной и пили чай.
На следующий день Патрик отдал мне этот пакет:
- Надеюсь, это понравится твоим подругам.
- Патрик что это? Зачем? Я бы сама…
- Меня это не обеспокоило, но тебе сэкономит время. Тем более, думаю, что попал в яблочко с этими небольшими подарками.
В Лондоне я не удержалась и купила подругам небольшие сувениры с видами Лондона, но главными были всё же коробочки от Патрика.
Девчонки, поглядывая друг на друга, раскрывали свои презенты. И вот, раздался первый вопль Оли:
- Охренеть! Это то, о чём я думаю??? Алка???
Я заглянула ей через плечо и догадалась, что же Патрик упаковал в коробочки. Там лежали DVD диски с оригинальной записью фильма «Времена года» и документальным фильмом о создании и съёмках самого фильма. На обложке диска красовались автографы главных героев.
- Автографы выглядят как настоящие! – Наташа крутила обложку в руках и даже рассматривала ее на просвет.
- Они настоящие, - спокойно ответила я.
- Стоят, наверное, целое состояние! – Нонна аккуратно разглаживала упаковку и пыталась завернуть коробочку обратно, как было.
- Ничего. Их мне подарил Патрик Хейвуд.
- А у него они откуда? – все смотрели на меня, как на фокусника, который через секунду достанет из шляпы кролика.
- Потому что он играл Джейка Симпсона в картине. – Мои слова имели силу неразорвавшейся бомбы, что дымила и крутилась на полу маленького помещения, вызывая панику и страх, сковывавший движения и силу мысли. Один – два – три…
- Да ладно! Это потрясающе! Не может быть! Ты нас разыгрываешь! – посыпались на меня вопросы… Мне понадобилось двадцать минут, в два раза дольше, чем весь перерыв, чтобы ответить на первоочередные вопросы.
В промежутке до обеденного перерыва, девчонки находили самые смешные и дурацкие поводы, под любым предлогом, чтобы заглянуть ко мне в кабинет, и еще раз задать один и тот же вопрос в разных интерпретациях: «Это правда?».
Обеденный перерыв был посвящен рассказу о Патрике. Каждая деталь, каждое слово вызывали новый вопрос. Вопросы закончились только на третий день, и то, после того, как я почти вспылила: