- Я предпочитаю бифштекс с кровью, но раз больше ничего нет…
- Посмотри сам, что есть в холодильнике. Бери, что хочешь.
- Может, ты сама?
- Не хочу извозить свеклой всю кухню, так что сам.
- Спасибо за доверие, - он направился к холодильнику, бормоча что-то себе под нос про мясо и картофельное пюре. Вернулся он быстро, держа перед собой тарелку с двумя кусочками курицы, про которые я забыла напрочь, обнюхивал их и ворчал, что этого ему будет мало и снова что-то про мясо.
- Если разогреть, будет вкусно. Курица в кляре, почти свежая, - пояснила я, пожав плечами. Вымыв руки, забрала у него тарелку с курицей и поставила в микроволновку на разогрев. Он продолжал наблюдать за ней сквозь темное стекло печки, где вращающаяся тарелка подсвечивалась желтым, и снова что-то бормотал.
- Не бойся, она не улетит, - усмехнулась я, раскладывая на столе приборы и доставая салфетки из шкафа.
- Что? Кто улетит? Куда? Или ты про меня? – он отвлекся от созерцания курицы и пытался понять, что я ему говорю.
- Всё нормально, садись за стол, - кивнула ему на свободный стул.
Он буравил взглядом мою спину, пока я резала хлеб и доставала птицу из микроволновки. Его взгляд обжигал и сворачивался тонким лучом, почти лазером, что прожигал болезненную точку между лопаток.
- Прекрати так на меня смотреть! – Не выдержала я.
- Как так? Ты не видишь, как я смотрю.
- Я чувствую это! – он отвернулся, как только я повернулась к столу, ставя перед ним тарелку с курицей.
- Приятного аппетита, - пожелал он, схватив вилку.
- Приятного аппетита. Салат вкусный, попробуй…
- Курица, правда, вкусная…
- И это русское гостеприимство… - ворчал он, вытирая тарелки за моей спиной. Я, не спеша мыла посуду, радуясь, что ужин вкусно лег в желудок, не вызывая никакого дискомфорта, ставила ее на полотенце, а он, облокотившись бедром на стол, вытирал ее насухо.
- Ты – не гость. Я тебя не приглашала, сам приехал, - буркнула я.
- Ты не рада этому?
- Я не понимаю, зачем ты приехал…
- Я сам этого не понимаю! – Воскликнул он. – Но точно знаю, что нам надо поговорить.
- Все разговоры – завтра. Я очень устала и хочу спать. Ты поселился в гостинице?
- Да, но я туда не поеду.
- Почему это? – удивилась я.
- Я останусь здесь. Ты не выгонишь меня.
- Я тебя совсем не понимаю, Джордан! Что тебе надо? Зачем ты приехал? – я сама слышала, что начинаю нервничать и тон голоса становился всё громче.
- Ты сама сказала, что будем разговаривать завтра. А сегодня мы будем спать.
- Я не буду с тобой спать! Самонадеянный англичанин!
- Я и не планировал этого, - усмехнулся он и его лицо озарила обаятельная улыбка с прищуром, фирменная улыбка мужчин Хейвудов, от которой подкашивались ноги и сердце начинало биться в ритмах твиста, - но если ты просишь, я могу…
- Прекрати поясничать!
- Не надо так нервничать, Эл, говорю же, если ты хочешь, то я могу поступиться своими принципами и удовлетворить твоё желание…
Договорить он не успел, пришлось уворачиваться от кинутого в него полотенца.
- Эл, ты становишься хулиганкой! – Он рассмеялся.
- Это ты так действуешь на меня! Почему мне всё время хочется тебя ударить? Не знаешь? Нет?
- Ты такая смешная, Эл…
- Не говори мне больше никогда, что я смешная, - прошипела я и отправилась в спальню.
- Это тебе, расправишь постель себе сам, раз пренебрегаешь гостиницей и услугами горничных, - сказала я, положив на диван комплект чистого постельного белья и подушку, - одеяло сейчас принесу. Пока я лазила в шкаф за одеялом, он аккуратно застелил простынь, и с озабоченным видом смотрел на своё ложе.
- Я же не помещусь, - он развел руками.
- Другой кровати у меня нет. Придется потерпеть. Или можешь вызвать такси и ехать в гостиницу. – Отдав ему одеяло, я направилась в ванную.
Не спеша приняв душ, увлажнив кожу лица и рук, вышла из ванной. Он сидел на диване, спрятав лицо в ладонях рук, операвшихся на колени.
- Джордан, всё хорошо?