- Да, всё хорошо. Я могу принять душ? – он посмотрел на меня невидящим взглядом. На его лице читалась неимоверная усталость. Прикинув в уме, поняла ее причину, он не спал почти сутки, плюс перелет, и в завершении – переживания из-за нашей встречи. Он ехал в неизвестность…
- Да, конечно. Чистые полотенца для тебя положила там… принадлежности найдешь сам, всё на видных местах. Извини, но мужского шампуня нет, придется пахнуть цветочками…, - не удержалась я от сарказма.
- Ничего, это меньшее, что могло сегодня со мной случится.
- Мужского халата у меня тоже нет, можешь взять мой, он рядом с полотенцами лежит, он большой, сможет тебя прикрыть…
- Он тоже с цветочками? – я глядела на него широко распахнутыми глазами, пытаясь понять, о чем он говорит и как вообще оказался в России, в моём городе, в моей квартире, на моем диване. – Нет, с зайками, - наконец-то сообразив, о чем идет речь, смогла ответить ему.
- В зайках и цветочках…, - бормотал он, удаляясь в ванную комнату. Как только за ним закрылась дверь, я плюхнулась на диван, подминая под себя одеяло, и закрыла ладонями лицо. «Зачем он приехал?» - эта мысль не давала покоя, с монотонностью метронома стучала в висках. Я отчетливо слышала его слова, тогда, по телефону, значит, он приехал не потому, что хочет всё изменить. Он не сделал ни одной попытки обнять и не сказал ничего, что можно было бы расценивать его визит, как попытку примирения. Тогда зачем??? Звук воды за дверью смолк, вернув меня в реальность, и ничего не найдя лучшего, я скрылась на кухне. Я смотрела в черноту ночи за окном, на одинокий фонарь, освещавший детскую площадку возле дома и допивала мелкими глотками стакан воды, что явно был лишним, но я пила, потому что боялась выйти в комнату и натолкнуться на его взгляд, и понять причину его появления.
- Эл…, - услышала я за своей спиной, и выпрямилась, - почему ты прячешься?
- Пить захотела. Огурчики просят воды…
- Всё хорошо?
- Конечно, - убрав стакан на поднос, пошла к нему навстречу, чтобы выйти и снова спрятаться, но уже в своей спальне. В моем халате, который был как минимум размера на три меньше, чем требовалось, едва сходился на его груди, он выглядел смешно и трогательно одновременно. Только я поравнялась с ним, его руки схватили мои плечи быстро и прижали к груди. Он держал крепко, да и вырываться не было смысла и желания. От него пахло моим шампунем, бодрящим ароматом лимона и тонкой дымкой его парфюма Clive Christian.
- Ты снова меня одурачила, Эл. Твой шампунь пахнет цитрусами, а не цветочками. И халат у тебя без заек.
- Ты расстроен, что нет заек на халатике? – усмехнулась я.
- Я расстроен, что на столько спешил к тебе, что не взял даже необходимое из номера, ни средства личной гигиены, ни белье, ни подарки, что передала Элеонора и Кэтрин. И мне абсолютно наплевать, что твой халат короткий и почти не сходится на мне, и нет на нем заек…
- Мог бы и не спешить…, - начала я свой монолог, но меня тут же грубо прервали, оттолкнув:
- Иди спать, пока твоё упрямство не наговорило лишнего. Ты сама говорила, что очень устала и хочешь спать. – Джордан развернулся и пошел на диван. Я молча, глотая непрошенные слезы обиды прошла мимо и постаралась очень тихо закрыть за собой дверь, не показывая, как глубоко задели его слова. Женское упрямство просто просилось наружу! Хотелось вернуться обратно и устроить скандал! Потребовать немедленного ответа, зачем он приехал и как вообще посмел явиться ко мне! Но, я молча разделась и легла в постель, поплотнее закутываясь в одеяло, пообещав себе, что поплакать я еще успею, а сейчас лучше поспать…
Глава 9. Капитуляция
Просыпаться было трудно. Из-за токсикоза и постоянного дискомфорта в последние дни я очень мало спала, накопилась усталость. Проснувшись, но не открывая глаз, только и смогла определить, что за окном еще темно, а значит, проснулась по своему внутреннему режиму, около шести утра. Поудобнее устроившись в своём теплом одеяльном коконе, решив спать дальше до тех пор, пока не высплюсь окончательно, улыбнулась с предвкушением нового приятного сна. Но что-то было не так, что-то не дало погрузиться в сон, а наоборот, выталкивало из него, и настойчиво пыталось включить мой мозг в повседневную деятельность. Я поёжилась и удивилась, с каким трудом это удалось сделать, словно на меня сверху положили какой-то груз. Ощущения вернули меня на несколько лет назад, когда был жив мой кот Тимоха, любивший под утро залезть на меня сверху и распластаться, вытянувшись всем тельцем и свесив лапы. Кот был крупным и тяжелым. Я всегда просыпалась от того, что он приходил за пятнадцать – двадцать минут до звонка будильника, и ложился сверху, наполняя комнату громким мурчанием. Лишь только будильник издавал первые сигналы, он соскакивал и ждал сидя у кровати, когда я спущу ноги и пойду под его конвоем на кухню, наполнить его плошку вкусным кормом. Но Тимохи давно уже не было, а груз оставался. Повернув голову, я с удивлением увидела на соседней подушке лохматую голову Джордана, который спал, уткнувшись носом в мои лопатки, а его рука по-хозяйски лежала на моем боку.