Руки его разжались, я отступила в сторону, резко повернулась к нему спиной и бросила через плечо:
- По крайней мере, свои уроки я получала не в борделях!
Всё случилось так быстро, что я не успела сообразить, в чем дело. Джордан молниеносно выбросил руку вперёд, и, словно, клещами, стиснув моё запястье, рывком притянул меня к себе, от чего я не удержала плед, и он упал к нашим ногам.
- Думаю, - объявил он зловеще, - твоя беда в том, что у тебя были плохие учителя.
Его рот впился в мои губы, безжалостно раздавливая, сминая, вынуждая раскрыться под жестокой неумолимой давящей силой, и, когда я невольно повиновалась, его язык проник внутрь, словно жадный враг – грабитель.
Я беспомощно извивалась в его стальных объятиях, пытаясь вырваться; слёзы беспомощной ярости стали сползать по щекам. Но чем больше я сопротивлялась, тем пренебрежительнее становился поцелуй, словно Джордан наказывал меня за дерзость, пока я совсем не устала от этой борьбы и не замерла, трепещущая. В этот момент, когда я перестала сопротивляться, Джордан поднял голову, сжал ладонями моё лицо и пояснил:
- Никогда не играй со мной. Бесполезно. Я слишком хорошо знаю все ваши бабские уловки, - и его губы вновь приблизились к моим.
Я вновь приготовилась к отпору, но на этот раз поцелуй был так нежен, что я обескураженно, покорно затаилась. Его ладонь лежала на затылке, пальцы непрестанно двигались, успокаивая, гладя. Другая рука скользила по спине в медленной неустанной ласке, я чувствовала жар его руки сквозь тонкую атласную ткань ночной рубашки, а поцелуй всё продолжался. Бесконечный. Лишающий разума. Путающий мысли.
Он коснулся моих губ языком, словно безмолвно умоляя их раскрыться осторожно их раздвигая и когда это произошло вторгся в тёплые глубины моего рта. Моё тело словно пронзила молния и не понимая, что я делаю мои руки словно сами по себе, обняли Джордана за шею я приникла к нему чтобы не упасть, запутавшись ногами в пледе. Его объятия стали еще теснее, а язык полностью завладел моим ртом до тех пор, пока я вся не превратилась в средоточение головокружительных ощущений.
Поцелуй был на столько опьяняющим, что я не понимала ни чего, что происходит, лишь бы он не заканчивался, его рука стала опускаться к моей груди. В затуманенном мозгу прозвучал предостерегающий голос разума. Волшебство, поглотившее мой разум, отступило. Я с силой оттолкнула Джордана.
- Больше никогда не дотрагивайся до меня!
Если в первые мгновения моего выпада, Джордан был ошарашен, то сейчас он тоже протрезвел. Но моя угроза не имела успеха. Трудно было ошибиться – он просто трясся от смеха.
- Я убью тебя!
- Но это совсем не обязательно, моя милая, и к тому же, подумай о моей матери: какого ей будет потерять старшего сына?
Я стояла, сжав кулаки, дрожа не то ли от холода, не то ли от невыразимого гнева на него, за его поведение, стараясь подобрать слова. Слезы выступили на глазах, слёзы бешенства, но стоило Джордану заметить это, как он тут же превратился в олицетворение раскаяния.
- Вытри слёзки, милая. Я обещаю, что не обижу тебя, я больше не буду тебя целовать без твоего согласия, - Джордан поднял плед с пола и накинул мне его на плечи.
- Не знаю, что меня так взбесило, твои слова, или вызов, который ты мне бросила. Поверь, я не всегда такой хам. Но желание тебя поцеловать не покидало меня весь вечер. Может поэтому я и зацепился за твои слова. Не смог удержаться,- Джордан вытер мою слезу своим пальцем. – Не уходи, посиди со мной, - попросил он очень тихо, почти на ухо, - я не обижу тебя.
Он подвёл меня к креслу и усадил в него, бережно укутывая мои ноги в плед.
- Успокойся, пожалуйста, но если хочешь, можешь меня поколотить, если тебе это поможет. Дождись меня. – Джордан встал и пошёл в дом.
Без его присутствия я немного перевела дыхание, но злость не прошла, правда она перешла в другое русло. Теперь я злилась на себя: почему я ответила на поцелуй? Я не должна была чувствовать то, что чувствовала.
Джордан вернулся с двумя бокалами.
- Составь мне компанию, - попросил он, наливая виски из графина и протянул один бокал мне, - это поможет расслабиться.
Я с нескрываемым недоверием посмотрела на Джордана, но бокал взяла.